За что можно привлечь к субсидиарной ответственности юриста
Субсидиарная ответственность юристов: откуда возникают риски
Предпосылки
Современные реалии развития как российской, так и мировой экономики предполагают наличие множества банкротных процессов компаний и обыкновенных граждан, особенно ввиду ситуации с распространением COVID-19.
Сама процедура банкротства априори предполагает, что компания или гражданин находятся в плачевном экономическом положении и не в состоянии рассчитаться с долгами даже в случае продажи своего имущества в полном объеме.
Вместе с тем довольно часто возникают ситуации, когда бенефициары компании-должника намеренно вводят свою организацию в кризисное состояние (путем вывода ликвидных активов, денежных средств, формирования «фиктивной» кредиторской задолженности), чтобы не рассчитываться по обязательствам с реальными кредиторами.
Реализация указанной стратегии действий практически не представляется возможной без оказания помощи со стороны профессиональных юридических консультантов в сфере банкротства.
Ввиду указанного, все чаще возникает вопрос привлечения к субсидиарной ответственности таких юридических консультантов, как контролирующие должника лица.
Что такое субсидиарная ответственность в рамках дела о банкротстве
По смыслу положений ГК (ст. 399) и Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» субсидиарная ответственность представляет собой дополнительный способ («источник») погашения требований кредиторов должника, которые не были погашены за счет имущества компании-банкрота.
По своей сути субсидиарную ответственность можно представить как некую предусмотренную законом «страховку» кредитора от неисполнения обязательств со стороны должника. При этом закон «О банкротстве» в некотором роде абстрагирует понятие «субсидиарная ответственность» от классического понимания этого термина, содержащегося в ГК. Такое абстрагирование сводится в первую очередь к субъектному составу лиц, которые могут стать субсидиарными ответчиками в деле о банкротстве.
Согласно положениям, содержащимся в ст. 61.11 закона «О банкротстве», к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежат привлечению именно контролирующие должника лица.
В свою очередь, положения ст. 61.10 закона «О банкротстве» содержат понятие и критерии определения контролирующих должника лиц, которые, с одной стороны, можно рассматривать как достаточно четкие и конкретные, а с другой — как оставляющие существенный «люфт» в правоприменении арбитражными судами, рассматривающими споры о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.
Наличие такого «люфта» в правоприменительной практике и может привести к расширению субъектного состава лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота, в частности, привлечение к субсидиарной ответственности юридических консультантов компании-банкрота.
«Вредоносная» юридическая помощь при банкротстве
Если рассматривать юридическую помощь (юридические услуги) в ее базовой природе, то можно представить ее как услугу, оказываемую на возмездной основе (вознаграждение исполнителя), с учетом ряда особенностей, содержащихся в отдельных нормативных актах (Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации», УПК, КАС и так далее).
Однако применительно к ситуациям, возникающим при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве), оказываемая организации-должнику юридическая помощь может приобретать особое «качество». В самом узком смысле под оказанием юридической помощи можно понимать содействие тому или иному субъекту в выходе из проблемной ситуации.
При этом нельзя в полной мере заявить, что оказание юридической помощи одному субъекту (особенно если данный субъект является потенциальной компанией-банкротом) не повлечет существенных негативных последствий для другого субъекта (кредитора компании — получателя юридической помощи). Особое значение данный вопрос приобретает в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц.
С одной стороны, отдельно взятый юрист (адвокат) или юридическая компания могут оказывать услуги юридического характера по урегулированию спорных ситуаций с контрагентами, разрешению вопросов с налоговыми органами и иные услуги, направленные на вывод компании из сложной финансовой ситуации. С другой — достаточно часто стали возникать ситуации, когда профессиональные юридические консультанты оказывают потенциальным банкротам полный спектр юридических услуг, фактически направленных на вывод наиболее ликвидных активов и уклонение от погашения требований кредиторов.
К примеру, «подкованный» юридический консультант может:
Такие юридические консультанты заслуживают значительно большего внимания как в делах о банкротстве, так и в уголовно-правовой плоскости.
Однако даже при наличии значительного количества вопросов в части законности в действиях указанного консультанта ключевым остается вопрос, что консультант не может рассматриваться как контролирующее должника лицо даже при оказании юридической помощи, которая привела к нарушению должником прав и законных интересов кредиторов. Другое дело, когда юридический консультант организации-должника является «скрытым» бенефициаром банкрота, к примеру через ряд иностранных компаний.
В этом случае крайне необходимо произвести «снятие корпоративной вуали» со структуры компаний, что все чаще имеет место в практике судов РФ. Такой консультант в полной мере может рассматриваться как лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности. Рассмотрение этой проблемы указывает на то, что арбитражные суды используют формальный подход (по крайней мере пока) к вопросу определения лица, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве.
Фактически наиболее применимыми являются нормы законодательства об ООО и АО, которые помогают определить контролирующих должника лиц.
Исходя из этого, справедливости ради стоит отметить, что немногочисленные прецеденты в судебной практике в части привлечения к субсидиарной ответственности лиц, оказывающих организации-должнику юридическое содействие в преддверии банкротства, свидетельствуют об отказе в привлечении банкротных юристов к субсидиарной ответственности (дела № А41-28592/2017, № А41-78395/2016, № А76-22330/2018).
Но ввиду постоянного увеличения и совершенствования комплекса услуг, которые могут предоставляться со стороны профессиональных юридических консультантов в сфере банкротства, нельзя исключать формирование нового пласта судебной практики, определяющей новую «касту» лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.
Субсидиарка для внештатного юриста
С интересом слежу за делом № А76-22330/2018, точнее за той его частью, в которой внештатный юрист должника Вотинова Т.Ю. привлекается к субсидиарной ответственности.
С 05 августа 2019 года в отношении юриста были приняты обеспечительные меры в виде ареста имущества. Судя по открытым источникам (Определение АС Челябинской области от 05.08.2019, интервью с Вотиновой Т.Ю.) основанием являлась доверенность юриста, содержащая «широкие полномочия». В материалах дела отсутствуют данные о заключении юристом сделок от имени должника и судя по имеющейся информации, оказывались исключительно юридические услуги (представительство, договорная работа, корпоративное сопровождение).
Стоит отметить, что Челябинский АС ранее уже привлекал юристов должника к субсидиарной ответственности (дело № А76-17862/2013, Определение от 09.01.2019).
Конечно, без полной информации по делу говорить о каких-то нарушениях невозможно, но если отойти от этого дела, то возникает вопрос:
юрист, сопровождающий компанию, разбирается в нюансах банкротства, пробелах законодательства и возможных договорных схемах куда лучше руководства компании. Его консультации являются юридической дорожной картой для руководства компании. И в этом отношении ответственность юриста, безусловно, должна быть. Но какая именно?
Можно ли в таком случае юриста считать контролирующим лицом компании, что является главным критерием для субсидиарной ответственности? На мой взгляд нет.
К примеру, внештатный инженер-геодезист совершает грубую ошибку и рушится склад с оборудованием, компания из-за этого уходит в банкротство. Будет ли инженер привлечен к субсидиарной ответственности? Что-то я сомневаюсь, убытки да, будут взысканы, но в отношении субсидиарной ответственности совсем не уверен.
Так и с юристом, который должен нести ответственность только за убытки, причиненные его действиями, но ни в коем случае не субсидиарную ответственность за компанию в целом. Иначе теряется весь смысл наличия контролирующих лиц, все сводится к банальному расширению перечня «плательщиков» за должника.
Субсидиарная ответственность: кого привлекают и как избежать
Многие руководители думают, что субсидиарка — это страшная сказка и не более того. Если вы тоже так считаете, то стоит лучше разобраться в этой теме. Субсидиарную ответственность можно предупредить и обезопасить себя, нужно только разобраться, как это делать.
Субсидиарная ответственность — вид ответственности, который позволяет взыскать долг не только с должника, но и с любого лица, контролирующего его.
Например, компанию А признали банкротом и начали в отношении нее конкурсное производство. Если активов компании не хватает для того, чтобы рассчитаться с кредиторами, то оставшуюся часть денежных средств можно взыскать с ее руководства.
Кого могут привлечь к субсидиарной ответственности
Перечень лиц, которые могут подпасть под ответственность, следующий:
Когда наступает субсидиарная ответственность учредителей и директора
Причастность к банкротству доказывают с помощью заключенных договоров и выполненных/невыполненных работ (услуг), по актам выполненных работ (услуг), по факту перечислений за работы, услуги,по протоколам собраний,на которых принимались решения, по изданным приказам.
Руководители несут субсидиарную ответственность, если удастся доказать, что:
Основной фактор в доказательстве вины — причинение умышленного вреда экономическому положению фирмы.
Но ошибки в управлении, в учете, совершенные не сознательно и не с целью доведения до банкротства, суд может оправдать.
Ответственность главного бухгалтера
Субсидиарка в отношении главбуха также предусмотрена, если он давал финансовые указания руководству или несвоевременно сообщил об убытках и финансовой несостоятельности.
Также субсидиарная ответственность грозит главному бухгалтеру, если он:
Неважно, работал ли бухгалтер по трудовому договору, договору ГПХ или он фрилансер. Если суд докажет причастность бухгалтера к банкротству, субсидиарная ответственность наступит.
Родственники субсидиарного ответчика
Список потенциальных субъектов субсидиарной ответственности не ограничивается одними руководителями. Виновными в банкротстве компании могут признать бывших руководителей (которые уволились в течение двух лет до банкротства организации), родственников, друзей, контрагентов —всех, кто мог повлиять на принятие решений, быть в цепочке заключенных сделок и получить от этого выгоду.
Оцените финансовые показатели бизнеса, получите советы по их улучшению, прогнозируйте прибыль
Субсидиарная ответственность собственника имущества наступит, если будет подтверждено, что на деньги компании приобретались в частное пользование недвижимость, транспорт и другие ценности. Доказать причастность к банкротству предприятия сторонних лиц, находящихся в тени, несложно.
Рассмотрим некоторые очевидные ситуации:
Ответственность по обязательствам юридического лица несут только те, кто действительно причастен к ухудшению финансового положения фирмы. Просто так по случаю разорения компании родственников учредителей, директоров или других сотрудников никто к выплате долгов не привлечет. Если никаких сомнительных сделок не было, опасаться нечего.
Порядок взыскания субсидиарной ответственности
Среди кредиторов могут быть:
Порядок взыскания субсидиарной ответственности следующий:
Что могут забрать
Датой взыскания долга с субсидиарного ответчика является вынесение судом решения о признании компании банкротом. После чего:
Как и в случае с реализацией имущества в процессе личного банкротства, при привлечении к субсидиарной ответственности можно лишиться собственных денежных средств, а также всего, кроме единственного жилья и предметов первой необходимости, перечисленных в ст. 446 ГПК РФ. Реализации подлежат квартиры, дома, машины, ювелирные изделия и крупная бытовая техника.
Если субсидиарный должник имеет прямое отношение к компании и виновен в ее банкротстве, то он отвечает всем своим имуществом, а не только тем, что куплено в период работы в фирме.
Если у должника нечего брать, арестуют все счета субсидиарного ответчика и запретят ему выезжать за границу на время, пока идет исполнительное производство. Также кредиторы могут подать на личное банкротство гражданина, чтобы оспорить сделки и найти какое-то имущество для последующей продажи.
Как избежать субсидиарной ответственности
Чтобы кредиторы не имели претензий к руководству или главному бухгалтеру, важно помнить о некоторых принципах.
Следите за документацией — сразу восстанавливайте утерянные бумаги, копии, договора. Если вы нанятый сотрудник, главный бухгалтер, то необходимо заранее формировать доказательную базу по всем сомнительным на ваш взгляд сделкам для доказательства вашей непричастности к ним.
Например, вы проявили должную осмотрительность в отношении некого контрагента и выявили, что у него есть признаки фирмы-однодневки, предупредили об этом руководство, но оно проигнорировало ваши сведения и заключили договор поставки. У вас должны быть оригиналы документов: как вы предупредили руководство (служебная записка, направленное по почте письмо и т.д.). При возникновении субсидиарной ответственности у вас будет доказательная база, которую вы предъявите в суде.
Не увлекайтесь фиктивными сделками — итог может оказаться серьезнее сиюминутной выгоды. Сэкономив на налогах сегодня, не нужно забывать о рисках в течение трех лет. Да, они могут наступить и обернуться полным фиаско для вас. Поэтому планируйте свою деятельность, просчитывайте все возможные негативные последствия.
Не пытайтесь скрываться от кредиторов — порой лучше разобраться с выставленными требованиями. Например, иногда получается оспорить претензии, указав на их несвоевременность или доказав свою непричастность. Также можно пойти на мировую и договориться с кредитором о графике выплаты долга. Хороший юрист или адвокат вам будет только в помощь. Не пренебрегайте их услугами.
И главное: не паникуйте, не бездействуйте, доказывайте свою правоту.
Алла Семенова, эксперт по бухгалтерскому учету и налогообложению
Не пропустите новые публикации
Подпишитесь на рассылку, и мы поможем вам разобраться в требованиях законодательства, подскажем, что делать в спорных ситуациях, и научим больше зарабатывать.
Субсидиарка для внештатного юриста
С интересом слежу за делом № А76-22330/2018, точнее за той его частью, в которой внештатный юрист должника Вотинова Т.Ю. привлекается к субсидиарной ответственности.
С 05 августа 2019 года в отношении юриста были приняты обеспечительные меры в виде ареста имущества. Судя по открытым источникам (Определение АС Челябинской области от 05.08.2019, интервью с Вотиновой Т.Ю.) основанием являлась доверенность юриста, содержащая «широкие полномочия». В материалах дела отсутствуют данные о заключении юристом сделок от имени должника и судя по имеющейся информации, оказывались исключительно юридические услуги (представительство, договорная работа, корпоративное сопровождение).
Стоит отметить, что Челябинский АС ранее уже привлекал юристов должника к субсидиарной ответственности (дело № А76-17862/2013, Определение от 09.01.2019).
Конечно, без полной информации по делу говорить о каких-то нарушениях невозможно, но если отойти от этого дела, то возникает вопрос:
юрист, сопровождающий компанию, разбирается в нюансах банкротства, пробелах законодательства и возможных договорных схемах куда лучше руководства компании. Его консультации являются юридической дорожной картой для руководства компании. И в этом отношении ответственность юриста, безусловно, должна быть. Но какая именно?
Можно ли в таком случае юриста считать контролирующим лицом компании, что является главным критерием для субсидиарной ответственности? На мой взгляд нет.
К примеру, внештатный инженер-геодезист совершает грубую ошибку и рушится склад с оборудованием, компания из-за этого уходит в банкротство. Будет ли инженер привлечен к субсидиарной ответственности? Что-то я сомневаюсь, убытки да, будут взысканы, но в отношении субсидиарной ответственности совсем не уверен.
Так и с юристом, который должен нести ответственность только за убытки, причиненные его действиями, но ни в коем случае не субсидиарную ответственность за компанию в целом. Иначе теряется весь смысл наличия контролирующих лиц, все сводится к банальному расширению перечня «плательщиков» за должника.
Привлечение к субсидиарной ответственности консультантов должников
Юридическим сообществом справедливо отмечено, что субсидиарная ответственность – это эффективный способ защиты имущественных интересов кредиторов должника.
С момента внесения изменений в Федеральный закон о несостоятельности Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ субъектный состав контролирующих должника лиц существенно увеличился.
Таким образом, стало возможным привлекать к субсидиарной ответственности и иных лиц, имеющих право давать обязательные для исполнения должником указания или иным образом определять действия должника.
Зачастую должник перед тем как инициировать в отношении себя процедуру банкротства обращается за консультациями в юридические компании для составления плана по выводу активов из предприятия, находящегося в предбанкротном состоянии, а также минимизации рисков, связанных с привлечением бенефициаров к субсидиарной ответственности.
Однако большинство компаний не ограничивается простыми рекомендациями по совершению сделок, а предлагает широкий спектр услуг: подбор арбитражного управляющего, вывод денежных средств на подконтрольные организации, назначение номинального генерального директора. Исследованиями юридических агентств подтверждается заинтересованность заказчика в комплексном подходе при решении его проблем.
С учетом увеличения числа субъектов, привлекаемых к субсидиарной ответственности, возникают вопросы:
1. Каким рискам подвергаются юридические компании?
2. Возможно ли привлечь к субсидиарной ответственности консультантов за оказание юридических услуг должнику?
В статье представлен анализ действующего законодательства и актуальной судебной практики, с помощью которого можно попытаться найти ответы на указанные вопросы.
С учетом экономического кризиса, вызванного пандемией коронавируса, а также введения моратория на банкротство ряда организаций, можно предположить, что на российском рынке увеличится спрос на сопровождение процедуры несостоятельности, в том числе и со стороны должников, ввиду того, что многие представители предпринимательского сообщества захотят избавиться от нарастающих задолженностей с максимальной возможностью сохранения активов.
Но что же делать в этой ситуации кредиторам? Есть ли прецеденты привлечения к субсидиарной ответственности компаний, оказывающих юридические услуги? Эффективен ли данный инструмент защиты имущественных интересов кредиторов?
Заслуживают особого внимания два судебных разбирательства, связанных с рассмотрением заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности юристов должников. В обоих делах отсутствуют судебные акты, завершающие рассмотрение дела по существу, но за неимением другой уже сложившейся судебной практики позиции судов по указанным делам позволяют определить на какой стадии развития сейчас находится институт привлечения к субсидиарной ответственности юристов должников.
1. Дело № А41-28592/2017
Привлечение к субсидиарной ответственности адвоката должника-индивидуального предпринимателя.
В рамках данного дела со стороны финансового управляющего был инициирован спор о привлечении адвоката индивидуального предпринимателя к субсидиарной ответственности.
Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника явилось наличие двух дел в Пущинском городском суде Московского области (№ 2-107/20171, № 2-72/20172) о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда об утверждении мировых соглашений, заключенных между гражданами и индивидуальным предпринимателем.
Что в одном, что в другом деле по условиям мирового соглашения индивидуальный предприниматель (должник) должен был передать в аренду автомобили гражданам в счет погашения перед ними задолженности по договорам займа. Таким образом, граждане пользовались автомобилями, которые в скором времени должны были попасть в конкурсную массу, а должник уменьшал перед ними размер задолженности по договорам займа в счет платы за аренду автомобилей.
Важно, что утверждение мировых соглашений произошло в третейском суде Объединенного Коммерческого и Морского Арбитража, ныне уже несуществующем, спустя 2 месяца после обращения «независимого» кредитора в арбитражный суд с заявлением о приведении в исполнение решения иностранного суда. В последующем данное решение послужило основанием для признания должника несостоятельным (банкротом).
Ввиду неисполнения условий мировых соглашений, в частности непередачи автомобилей, граждане обратились в суд за выдачей исполнительных листов, всего за 2 месяца до возбуждения дела о банкротстве. Однозначно можно сделать вывод, что данные мероприятия направлены на воспрепятствование деятельности финансового управляющего и затруднение формирования конкурсной массы должника. Важно отметить, что представителем граждан, в пользу которых передавались автомобили, являлся адвокат индивидуального предпринимателя, который представлял интересы последнего в деле о банкротстве. Подобная ситуация приводит к конфликту интересов между кредиторами и должником, что также противоречит кодексу профессиональной этики адвоката.
В течение трех месяцев после подачи заявления о привлечении адвоката индивидуального предпринимателя к субсидиарной ответственности стороны инициировали процедуру утверждения мирового соглашения, а еще через два месяца суд утвердил его и прекратил процедуру банкротства.
Согласно условиям мирового соглашения, утвержденного в деле о банкротстве должника, кредитору передавались те самые автомобили, которые были переданы в аренду гражданам. Подача заявления в обозначенных условиях могла бы повлечь за собой привлечение к субсидиарной ответственности, как следствие побудило должника договориться с кредитором в рамках дела о несостоятельности.
Приведенный пример позволяет сделать вывод о том, что даже без рассмотрения обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности по существу, эффективность инструмента привлечения к субсидиарной ответственности консультантов с целью защиты имущественных интересов кредиторов более чем оправдана.
2. Дело А41-78395/2016
Привлечение к субсидиарной ответственности крупной юридической компании.
По результатам анализа картотеки арбитражных дел был обнаружен спор о привлечении крупной юридической компании к субсидиарной ответственности в деле №А41-78395/2016. Ранее юристы данной компании неоднократно представляли интересы должника в судебных процессах3.
Согласно информации из открытых источников, совокупный размер неудовлетворенных требований кредиторов составляет более 1 млрд руб.
Дополнительно изучив дело, можно удостовериться, что конкурсным управляющим инициированы обособленные споры о признании сделок недействительными в отношении юридической компании либо в отношении организаций, аффилированных с юридической компанией.
Конкурсным управляющим в процессе выполнения своих обязанностей выявлены подозрительные платежи должника в пользу других лиц на сумму, превышающую 500 млн руб., которые, по мнению конкурсного управляющего, являются частью схемы по выводу активов должника через подконтрольные организации на аффилированные с юридической компанией лица.
Некоторые из компаний, получившие в совокупности более 100 млн руб., уже ликвидированы, что может говорить о «техническом характере» организаций. На аффилированность организаций с юридической компанией также указывает тот факт, что в рамках другого дела поручителем одной компании, в отношении которой должником совершены подозрительные платежи на сумму более 220 млн руб., являлся старший партнер юридической компании, возглавлявший практику по разрешению коммерческих споров, споров в сфере недвижимости и строительства.
Помимо обстоятельств, указанных выше, должник передал дебиторскую задолженность на сумму более 2 млн евро к платежеспособному субподрядчику «технической» компании по договору цессии4. В дальнейшем «техническая» компания отказалась от части требований к субподрядчику, а оставшуюся часть задолженности субподрядчик заплатил «технической» компании. В настоящий момент конкурсным управляющим инициирован спор о признании договора цессии недействительным.
В рамках еще одного спора должник заключил мировое соглашение с субподрядчиком, по условиям которого субподрядчик переводил денежные средства юридической компании уже напрямую5. На данный момент конкурсным управляющим оспорено определение об утверждении мирового соглашения6, а платеж в пользу юридической компании признан недействительным в деле о банкротстве должника7.
Важно обратить внимание, что в момент образования признаков неплатежеспособности у должника меняются участник и директор. Новым участником и директором становится аффилированное лицо, в чей период времени и осуществляются подозрительные сделки.
Вышеизложенное свидетельствует, что должнику в результате совершения подозрительных платежей в пользу аффилированных с юридической компанией лиц, а также действий по прощению задолженности к платежеспособным контрагентам причинен существенный вред, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц. Но кто именно будет признан контролирующим лицом? Будет ли инициаторами спора о субсидиарной ответственности доказано, что все эти сделки – часть общего плана по выводу активов, осуществленного консультантами должника?
Ранее в другом деле Верховный суд РФ высказал позицию о том, что «представление консультаций по вопросам бухгалтерского учета и налогообложения в отдельности не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на консультанта-бухгалтера ответственности за соучастие в доведении до банкротства»8, что, безусловно, по аналогии применимо и к юридической консультации.
Однако в том же Определении Верховного суда РФ указано, что лицо является контролирующим и в силу того, если оно извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения генерального директора, что корреспондирует с абз.3 п. 4 ст. 61.11 Федерального закона о несостоятельности.
С учетом неразрешенного вопроса о привлечении соответчиков в рамках настоящего спора можно предположить, что судом будет предметно исследована воля юридического лица и воля отдельных юристов. Будет ли проведена черта между личной ответственностью и ответственностью юридической компании? На данный момент это неизвестно, но с высокой долей вероятности можно сказать, что с учетом совокупного размера кредиторской задолженности обжалование судебного акта дойдет до Верховного суда РФ.
Обращаясь к действующей практике9, можно сделать вывод, что судам на сегодняшний день недостаточно таких доказательств контроля над обществом, как представление интересов общества в переговорах по заключению мирового соглашения, нарушающего права и интересы кредиторов, поведение стороны при рассмотрении заявления «дружественных кредиторов» при включении в реестр.
Таким образом, вопрос о признании лица контролирующим будет разрешен путем определения факта незаконной выгоды в результате недобросовестных действий.
Однако уже сейчас суды готовы10 признавать договоры по оказанию юридических услуг недействительными с ссылками на ст.10 ГК РФ с обоснованием того, что оплата работы юристов использовалась как схема вывода активов, была проведена без встречного исполнения, причинила ущерб имущественным интересам кредиторов, являлась мнимой сделкой, заключенной в нарушение требований законодательства.
Следовательно, ответственность консультантов может быть установлена как в обособленном споре о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, так и в рамках признания сделки недействительной.
Можно предположить, что позицию Верховного суда РФ о привлечении юристов к субсидиарной ответственности нам только предстоит услышать, но для установления ответственности все-таки необходимо доказать факт имущественной или иной выгоды привлекаемого к субсидиарной ответственности лица в результате недобросовестных действий органов управления общества.
Безусловно, пока отсутствует судебный акт, разрешающий вопрос по существу, делать какие-либо выводы о наличии или отсутствии вины юридической компании и иных лиц в рамках привлечения к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве должника не представляется возможным.
Но если в отношении одной из крупнейших юридических компаний инициирован подобный спор, свидетельствует ли это о назревающем тренде?
Можно предположить, что число подобных споров в скором времени будет увеличиваться, так как многие компании на рынке стремятся оказывать комплекс услуг, чтобы выдержать жесткую конкуренцию. Важно, что при инициировании спора о привлечении к субсидиарной ответственности юридические компании будут нести репутационные риски, что также может стать катализатором разрешения спора и опять же подтвердит тезис об эффективности инструмента привлечения к субсидиарной ответственности.