За что забанили шендеровича
Роскомнадзор выбил зубы фейсбуку
Недавно прикалывался над нелепой попыткой Шендеровича нажаловаться на фейсбук в медиапространство, который его забанил, теперь там и меня забанили на 30 дней, при чем второй раз за несколько месяцев. Определенные же детали этого бана указывают на такую специфику, которая прямо следует из сегодняшней социально-политической ситуации в стране.
Сами смотрите. Меня забанили за картинку, в которой я ставлю вопрос о том, кого надо расстрелять за развал российского ВВС учитывая пятый потерянный военный самолет за месяц с сылкой на последнюю новость о падении очередного военного СУ. Понятное дело что это определенное утрирование, которое уместно только тем, что касается именно вооруженных сил. А вооруженные силы как известно готовятся на случай войны, в которой расстрел виновных за развал войск обычная практика. Так что непонятно почему эта публикация нарушает нормы фесбука относительно враждебных высказываний.
Но интересно не только это, а еще то, что ссылка на эту публикацию не содержала возможность повторной проверки, которая предоставляется по правилам фейсбука. Когда же я зашел в службу поддержки, то там значилось уведомление от сегодняшнего дня с уведомлением, содержащим извинения и сообщение о восстановление публикации с ссылкой на публикацию от 2020 года. Бан при этом сохранился. А кроме того сама картинка, за которую меня забанили из ленты не была удалена.
По всему видно, что бан производится в автоматическом режиме, особо не разбираясь с поводами для него, а кроме того, он конкретно сбоит.
Такая система появилась недавно, и ее относительно русскоязычного сегмента фейсбук можно объяснить только давлением российского административного аппарата в виде Роскомнадзора в частности, который под угрозой полной блокировки ресурса и штрафов заставил администрацию этой соцсети пойти на такие меры. Но фактически такие меры полностью лишают возможности писать как либо остро в интернет пространстве переполненном провластными тролями, ищущими на кого бы нажаловаться. И под их пристальное внимание подпадают в первую очередь фигуры медийные, имеющие доступ к СМИ и широкий охват аудитории, при чем с критикой российских властей.
Разве вы когда ни будь слышали, чтобы, например, фейсбук забанил Захарову, хотя ее посты просто преисполнены желчью относительно оппозиционеров, или сейчас СМИ с клеймом иностранных агентов? Этого нет. Зато таких как Шендерович банят периодически.
Фактически это означает, что фейсбук начал прогибаться под давлением российского административного прессинга, и та площадка, которую мы считали когда-то свободной для публикаций независимой направленности, постепенно перестает быть таковой.
Двух ведущих «Эха Москвы» заблокировали на Facebook за старые посты
Facebook ограничил доступ ведущих «Эха Москвы» Виктора Шендеровича и Ксении Лариной к собственным профилям за старые посты, которые они размещали на своих страницах. Шендерович сообщил о блокировке в блоге на сайте радиостанции, а Ларина — через страницу мужа Рината Валиулина в соцсети.
Страницу Шендеровича заблокировали на семь дней из-за записи двухлетней давности. В ней публицист сообщал об отказе прокуратуры возбудить уголовное дело в связи с угрозами, которые поступали журналисту.
Материалы по теме
«Нас просто глушат»
В блоге он привел полный текст своего поста: «Получил из прокуратуры бумажку с окончательном отказом в возбуждении уголовного дела. Таким образом, опытным путем выяснено, что фраза «разберемся с чурками — возьмемся за жидов, хотя начинать надо с вас, мразот» — не содержит состава преступления. Продолжаем бороться с фашизмом на Украине, не отвлекаемся…».
Ларину забанили на три дня. Запись, за которую ее заблокировали, была опубликована четыре года назад. Она касалась акции «Возвращение времен», посвященной жертвам политических репрессий.
Журналистка рассказывала о своих дедушках, один из которых был репрессирован в 1937 году, а другой — состоял в СМЕРШе. По словам ведущей, она размышляла, как в одной семье могли встретиться и жертвы и палачи, «какая страшная и нечеловеческая наша история».
Администрация соцсети объяснила блокировку тем, что посты Лариной и Шендеровича нарушают «Нормы сообщества» — правила, объясняющие, что нельзя публиковать в Facebook. В марте 2015 года они были обновлены.
Как я затравил Российскую Федерацию
Очередная волна месячных фейсбучных банов очень технично пришлась на предвыборный месяц. Молодцы, ольгинцы, не спят, работают…
Молодцы и цукерберговские: не оскудевает земля «полезными идиотами»!
В этот раз меня забанили за то, что на ихнем нынешнем языке называется «буллинг». Так и написано в приговоре. По-нашему, значит, за травлю.
В чем же заключалась травля? А вот в чем: я назвал нехорошим словом, на вторую букву родного алфавита и во множественном числе, — «наших».
Тут, конечно, я мог бы начать резвиться на формальной стороне дела — потому что ну невозможно же, согласитесь, затравить местоимение! Для этого дела нужно хоть какое-нибудь существительное… Но бог с ней, с формальной стороной, — поговорим по сути.
Существительное, конечно, подразумевалось. Употребляя заветное слово, я имел в виду, разумеется, Российскую Федерацию и тех, кто сегодня олицетворяет ее политику, — а речь в запрещенном тексте шла, ни больше ни меньше, о поддержке талибов*(*).
Вглядимся в коллизию под этим углом — она прекрасна в своей логической чистоте и по-своему изумительна!
Итак, есть талибы*. Они вгоняют мир в средневековье, уничтожают жизнь за пределами шариата, унижают и казнят людей.
Есть упомянутые мною «наши», которые этот ужас, самым пошлым образом, назло американцам, легитимизируют, вопреки своим же собственным законам…
Есть я, который высказывает по этому поводу оценочное суждение морального порядка (оставаясь в рамках как русской литературной традиции, так и американской Первой поправки).
И есть Фейсбук, воплощающий, так сказать, сегодняшний западный стандарт прав человека — и в рамках этого стандарта стирающий мое оценочное суждение в адрес тех, кто помогает стирать с лица Земли сам этот западный стандарт, вместе с людьми и произведениями культуры!
Занятная конструкция получается, не правда ли?
Вам не кажется, что змея «новой этики» уже начинает есть собственный хвост?
Вам не кажется, что это уже вообще никакая не новая этика, а обычное старое ханжество (с привычным табуированием слов и тем)? Вам не кажется, что это еще и глупость впридачу?
Ибо затравить можно, по определению, только слабого. А сильного и власть имущего можно (и должно) не стесняясь бить по государственным сусалам, вплоть до персональных оскорблений (см. практику Европейского суда в области свободы слова). А я, заметим, даже не написал ничего, ни на какую букву, про Марию Захарову… Только ВООБЩЕ. Про коллективных «наших» и их позорное, вполне на вторую букву алфавита, поведение в истории с талибами*…
И вот — сижу в месячном бане за моральные страдания неназванной мною государственной субстанции!
Она, конечно, дама чувствительная, чуть что, сразу в обморок, но все-таки, согласитесь: Шендерович, затравивший целую Российскую Федерацию, — это некоторый перебор, не правда ли?
Хотя, конечно, чего греха таить — хотелось бы.
Талибан*(*) — группировка запрещена на территории РФ
Шендеровича забанили в Фейсбуке. Кто настучал на писателя?+
Всё норм?
АВТОР
Виктор Шендерович
писатель
Этот текст — не жалоба на Цукерберга, а попытка рассуждения вслух. Меня опять забанили на фейсбуке – и вот вам история этого бана.
…Мой друг поэт Вадим Жук пишет прелестное ироническое стихотворение, посвященное восточному, татаро-монгольскому следу в русской истории, и ставит перед ним ироническое же, вполне прозрачное для друзей, посвящение – Б.К.
Бахыт Кенжеев, разумеется! Один из живых классиков русской поэзии.
Все улыбнулись (начиная, разумеется же, с самого Бахыта), а его жена Лена иронически поинтересовалась в комменте: кто же этот загадочный (ха-ха) адресат? Поддерживая эту игру, я и ответил ей: «да небось чучмек какой-нибудь нерусский». Подмигнул через океан другу-корифею, фактически попросил передать привет…
Лена и полсотни участников диалога поставили ожидаемые смайлики, а спустя три недели я получил бан за враждебное высказывание. По-нашему говоря, за разжигание межнациональной розни…
С этого места, как говорится, медленно.
Итак. Дело происходит на странице поэта Вадима Жука. Разговор идет между нами, его друзьями и подписчиками, в контексте наших близких отношений и твердых и вполне единых представлений об этике… Мы в гостях у Вадима Семеновича, и мы тут желанные гости. Если кто-то вдруг поведет себя хамски, он немедленно получит отпор, да и хозяин страницы просто укажет ему на дверь (как не раз указывал я, на своей странице).
Но хамов среди нас нет – мы нормальные люди, говорящие в своем кругу на своем языке.
Чьи же нормы нарушены? Специального дурака с мороза? Незванного гостя (не продолжайте)? Где морально пострадавшие от моей шутки? Не пойти ли им, самое близкое, в суд, чтобы, вооружившись лингвистической экспертизой, подтвердить одну из двух версий:
1. Ответчик не любит нерусских.
2. Истец – наглый провокатор.
Но никто ни в чем не разбирается и разбираться не собирается. Я собираю пожитки и иду в бан, где по аналогичным дурацким поводам маются многие тысячи пользователей Фейсбука…
Тут две большие и отдельные темы.
Первая из них – «электронная этика», тупо реагирующая на сочетания букв и исключающая понимание контекста. С этим ничего не поделаешь. Ирония – примета высшей (и хорошо развитой) нервной деятельности, алгоритмов для машинки тут нет. И создатели норм для миллиардоголового Фейсбука вынуждены были выбирать между полной свободой выражения – и политкорректностью, увы, самого унылого свойства, ибо выхолащивание контекста и запрет на иронию в конце концов сведет наше общение к кучке одобренных постулатов из кодекса строителя коммунизма (вычеркнуто) светлого политкорректного будущего. Любая острая мысль, любое сильное чувство почти всегда выходят за флажки…
Я не уверен, что нынешний выбор в пользу механической политкорректности – правильный выбор. Трудности и даже опасности свободы, по мне, гораздо безопаснее перспектив, которые вырисовываются для человечества в районе Большого брата…
Это первая тема для размышления, универсальная.
Вторая – наша, местная.
Кто настучал-то, как вы считаете? Кто раскопал в гуще фейсбучных веток мой старый коммент и донес его до судейской конторы Цукерберга? Не на службе ли был этот человек – и как называется эта служба? Кем оплачивается? Уверены ли вы, что дело в борьбе с расизмом? Нет ли версии попроще?
Всё норм?
Этот текст — не жалоба на Цукерберга, а попытка рассуждения вслух. Меня опять забанили на фейсбуке – и вот вам история этого бана.
…Мой друг поэт Вадим Жук пишет прелестное ироническое стихотворение, посвященное восточному, татаро-монгольскому следу в русской истории, и ставит перед ним ироническое же, вполне прозрачное для друзей, посвящение – Б.К.
Бахыт Кенжеев, разумеется! Один из живых классиков русской поэзии.
Все улыбнулись (начиная, разумеется же, с самого Бахыта), а его жена Лена иронически поинтересовалась в комменте: кто же этот загадочный (ха-ха) адресат? Поддерживая эту игру, я и ответил ей: «да небось чучмек какой-нибудь нерусский». Подмигнул через океан другу-корифею, фактически попросил передать привет…
Лена и полсотни участников диалога поставили ожидаемые смайлики, а спустя три недели я получил бан за враждебное высказывание. По-нашему говоря, за разжигание межнациональной розни…
С этого места, как говорится, медленно.
Итак. Дело происходит на странице поэта Вадима Жука. Разговор идет между нами, его друзьями и подписчиками, в контексте наших близких отношений и твердых и вполне единых представлений об этике… Мы в гостях у Вадима Семеновича, и мы тут желанные гости. Если кто-то вдруг поведет себя хамски, он немедленно получит отпор, да и хозяин страницы просто укажет ему на дверь (как не раз указывал я, на своей странице).
Но хамов среди нас нет – мы нормальные люди, говорящие в своем кругу на своем языке.
Чьи же нормы нарушены? Специального дурака с мороза? Незванного гостя (не продолжайте)? Где морально пострадавшие от моей шутки? Не пойти ли им, самое близкое, в суд, чтобы, вооружившись лингвистической экспертизой, подтвердить одну из двух версий:
1. Ответчик не любит нерусских.
2. Истец – наглый провокатор.
Но никто ни в чем не разбирается и разбираться не собирается. Я собираю пожитки и иду в бан, где по аналогичным дурацким поводам маются многие тысячи пользователей Фейсбука…
Тут две большие и отдельные темы.
Первая из них – «электронная этика», тупо реагирующая на сочетания букв и исключающая понимание контекста. С этим ничего не поделаешь. Ирония – примета высшей (и хорошо развитой) нервной деятельности, алгоритмов для машинки тут нет. И создатели норм для миллиардоголового Фейсбука вынуждены были выбирать между полной свободой выражения – и политкорректностью, увы, самого унылого свойства, ибо выхолащивание контекста и запрет на иронию в конце концов сведет наше общение к кучке одобренных постулатов из кодекса строителя коммунизма (вычеркнуто) светлого политкорректного будущего. Любая острая мысль, любое сильное чувство почти всегда выходят за флажки…
Я не уверен, что нынешний выбор в пользу механической политкорректности – правильный выбор. Трудности и даже опасности свободы, по мне, гораздо безопаснее перспектив, которые вырисовываются для человечества в районе Большого брата…
Это первая тема для размышления, универсальная.
Вторая – наша, местная.
Кто настучал-то, как вы считаете? Кто раскопал в гуще фейсбучных веток мой старый коммент и донес его до судейской конторы Цукерберга? Не на службе ли был этот человек – и как называется эта служба? Кем оплачивается? Уверены ли вы, что дело в борьбе с расизмом? Нет ли версии попроще?
Вопросы, увы, риторические.
То, что в цукерберговских нормативах проходит по разряду борьбы со всякой бякой, в России стало эффективным инструментом правительственной цензуры. Тысячи ольгинских троллей тупо караулят нас на последней оставшейся тут площадке свободы слова, в интернете — вцепляются в буквы, трактуют, перекрывают кислород, лишают аудитории… Фейсбучные баны заметных противников власти идут сплошной чередой.
Других бы бед не было, конечно, – в России уже давно просто убивают, безо всякого цукерберга, — однако ж парадоксальная коллизия эта заслуживает внимания, как мне кажется.