Иерейский крест что это
Крест наперсный
Что такое наперсный крест?
Наперсный крест – это атрибут священника и архиерея. Его носят поверх подрясника, рясы или облачения. Он имеет довольно большой размер – значительно больший, нежели у нательного креста. Наперсный крест носят на особой цепи. Форма и декор наперсного креста в современной церковной практике довольно строго регламентированы.
Ношение священником наперсного креста не отменяет ношения им креста нательного. Это – два разных предмета, не заменяющих друг друга: нательный крест является обязательной принадлежностью православного христианина в Русской и многих других поместных православных церквях. Наперсный крест возлагают на священника при его рукоположении (посвящении в сан).
Слово «наперсный» означает «носимый на персях», т.е. на груди.
Разновидности наперсных крестов
В современной практике наперсные кресты делятся на 3 основных вида:
• Наперсный крест из белого металла – его надевают при рукоположении и носят до награждения следующим видом наперсного креста;
• Наперсный крест из золотистого металла – им награждают священника;
• Наперсный крест с украшениями. Этот крест может иметь практически любое художественное решение. Главная его особенность – небольшая подвеска в нижней части. Как правило, кресты с украшениями имеют вверху изображение короны. Большинство крестов с украшениями выполнены в технике расписной эмали (финифти); как правило, они декорируются цветными каменьями. Встречаются и другие варианты: например, костяной крест в серебряной оправе.
Архиереи во время богослужения возлагают на себя комплект, состоящий из панагии и наперсного креста с украшениями. Вне службы представители епископата носят только панагию.
Существует столь редкая награда для священников, как право ношения двух наперсных крестов одновременно. Ее удостаиваются маститые протоиереи, служащие в сане не менее 50 лет.
Материалы изготовления
Наиболее распространены металлические наперсные кресты – серебряные и латунные, выполненные в технике литья. История знала кресты из золота. В неофициальной обстановке многие священники носят кресты из дерева – легкие, недорогие и оригинальные. Наконец, можно встретить и наперсные кресты, вырезанные из кости или камня.
Из истории наперсного креста
История наперсного креста в России знала разные этапы. Было время, когда крупные нагрудные кресты возлагали поверх своей одежды и миряне, а было – когда и священники не носили их.
В Древней Руси наперсные кресты носили и представители простых сословий – в частности, мы встречаем нечто подобное на изображении мастера-строителя. Во времена царя Алексия Михайловича Тишайшего наперсный крест был принадлежностью царского одеяния и указывал на Богом данный характер государевой власти.
Во времена Петра I право ношения наперсного креста принадлежало только архиереям и особо заслуженным архимандритам – то есть фактически, его статус был почти таким же, как сегодня у панагии.
В 1722 году ношение наперсного креста было разрешено архимандритам, являющимся членами Синода. Царицы Екатерина I и Анна Иоанновна давали право ношения наперсного креста архимандритам в качестве награды, а императрица Елизавета Петровна, наконец, сделала его принадлежностью сана архимандрита вообще, чтобы отличить его носителей от игуменов. После введения этого правила, представители епископата во избежание путаницы стали носить вне богослужения главным образом панагии.
Екатерина II наградила наперсными крестами нескольких игуменов и иеромонахов.
Император Павел I стремился упорядочить все сферы русской жизни. Он разработал систему награждения духовенства, которая легла в основу практики, действующей по сей день. Именной указ царя гласил: «А дабы священники могли за отличные заслуги удостоиться и особливых почестей, определяем в пользу белого священства: во-первых, получение креста для ношения на цепи на шее; во-вторых, употребление фиолетовой бархатной камилавки или скуфьи; и, наконец, третие, для знатнейших из них митры, каковую употребляют архимандриты, с тем, однако ж, что сии отличные почести не инако, как по воле или утверждению нашему даваемы или дозволяемы будут».
Крест, введенный Павлом I, священники носят по сей день. Он имеет простую четырехконечную форму и выполнен из позолоченного серебра. На обороте его начертаны слова «Пресвитеру, дающему образ верным словом и житием», восходящие к Первому посланию апостола Павла к Тимофею, где сказано: «Образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою» (1 Тим. 4:12). На реверсе креста также был вензель императора Павла I и дата: «Установлено 1797, декабря 18». На гладкой лицевой стороне находилось накладное рельефное изображение Распятия. Размер павловского креста при его введении в обиход составлял 11х7,5 сантиметров, а длина цепи для него равнялась 126 сантиметров. До 1881 года награждение наперсным крестом утверждалось лично императором, затем же стало полномочием Синода. В современной практике Павловский крест соответствует упоминаемому Положением о наградах Русской Православной Церкви кресту золотистого цвета, которым награждаются священники по истечении 10 лет беспорочного служения в сане.
Император Николай II в 1896 г. пожаловал право ношения наперсного креста всем священникам. «Николаевские» кресты также в обиходе по сей день: одни батюшки носят исторические артефакты, перешедшие к ним по наследству от предшественников, другие возлагают на себя копии, выполненные в наши дни. Николаевский крест – восьмиконечный, из белого металла (изначально – из серебра). На его обороте начертано: «Образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою». Такой крест возлагается на священника сразу по рукоположении.
В Царской России существовала практика награждать священников крестами «из кабинета Его Императорского Величества». Такое награждение происходило по указу Царя, и сподоблялись его относительно немногие. В современной практике ему соответствует наградной крест с украшениями, который возлагается на священника, отслужившего не менее 20 лет. Основными отличительными признаками такого креста являются подвеска, крепящаяся к его нижней части и корона вверху.
Символика
Каков ты, крест священника?
Кресты разные бывают
Священник Сергий Круглов
Батюшка готовится к службе, думает: ну вот, снова запоем: «Кресту Твоему…», и снова – проповедовать будем про то, что вся наша многоскорбная жизнь есть крест, который надо взять и нести со смирением и терпением, по образу того, как Сам Христос Свой крест нес…
Впрочем, думает батюшка, что значит – «мы». Он сам, батюшка, может, и не будет завтра на службе ничего говорить людям. Что говорить, ведь люди и так всё знают, все проповеди слыхали уже не по одному разу. Батюшка вообще в последние годы реже стал что-то «положенное» с амвона говорить… Разве что уж такое, что само из сердца вырвется, чем не можешь не поделиться с людьми, с прихожанами, которых много-много лет знаешь.
Батюшка сидит и рассматривает свой собственный наперсный крест.
Кресты священнические, как известно, разные бывают. Тому, кто только что рукоположен и служит первые свои младоиерейские годы, дают крест – восьмиконечный, «беленький» (впрочем, случается, что с таким батьки и до старости ходят, особенно в глубинке, это кому уж как повезет…).
Еще такой священники называют – «николаевский»: в стародавние времена на Руси кресты на груди были особым отличием немногих выдающихся служителей, и только в 1896 году указом императора Николая II было велено на всех без исключения иереев возлагать наперсный крест. В те времена эти «беленькие» кресты были серебряные, в наши времена – делаются по большей части из материалов, скажем так, идентичных натуральному.
Кто послужил подольше – получает крест четырехконечный, «желтенький», тоже из современных металлосплавов. Он еще зовется «павловский», при императоре Павле такой крест (тогда он делался из серебра в позолоте) был введен как особый знак отличия для маститых священников.
В наше же время маститые священники носят кресты уже иные, так называемые «наградные», тут уж – разнообразие форм и размеров, драгметаллов и камней, коли наградили – выбирай, какой тебе по душе…
Смотрит батюшка на свой наперсный крест, который много уж лет носит, и вспоминает священническую цеховую шутку, которую батьки применяют к вопросу о ступенях духовного возрастания пастыря в его служении.
Особенность этой шутки такова, что ни слова в ней не выдумано, все слова – чистая констатация факта: первые горячие неофитские годы носит священник белый крест, а на обороте его – надпись из первого послания апостола Павла к Тимофею: «Образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою», назидание, мол, носи, пастырь, крест, да помни, каким ты быть должен. На очередном «желтом» кресте – надпись: «Пресвитеру, дающему образ верным словом и житием», вроде как одобрение, ну, молодец, мол, потрудился. А на богато украшенном наградном кресте – там кратко написано: «Софрино».
Смотрит батюшка на свой наперсный крест, потертый за годы, смотрит на самого себя, тоже изрядно потертого жизнью и службой… И думает: каков ты, крест священника?
И чувствует, как батарейки внутри сели…
Много про что батюшка думает в связи с расхожим понятием «нести крест».
Про новоначальную свою пору, растянувшуюся на многие годы, когда и служил, и по требам бегал, и проповедовал, и всё делал по поповской поговорке: «Не поспи – не пообедай, всё крести да исповедуй», и как годы эти текли-текли и в какую-то воронку утекли, и как батарейки словно бы понемногу внутри сели, и как усталость душевная и телесная накопилась, и вроде бы подкралось и то, что нынче именуют «выгоранием».
Ну, если честно, выгорание это у батюшки бывало какое-то нетипичное, не совсем такое, как в модных статьях описано: вроде вот выгорел, всё. Ан нет, собрал Бог твой пепел в кучку, чего-то там сделал – глядишь, поджег, и горит опять помаленьку…
Про то, как чем дальше, тем больше открывались у батюшки глаза на церковные грехи и нестроения, на то, что Фудель назвал «темным двойником Церкви». На то, что, оказывается, все две тысячи лет люди, приходящие в Церковь, несли каждый еще и свою историческую, этническую, политическую, а равно и внутреннюю греховную грязь на подошвах, что извечные три искушения Христа в пустыне до сих пор предлагаются врагом церковным людям, что живем мы на войне, и пока еще конца ей не предвидится…
Про то, как нарастало от вида всего этого с годами в душе нечто, похожее на отчаяние: «Что в Церкви-то творится!», с которым не знал что делать. Изливать его в Интернет в виде «анонимных разоблачений» или лезть на баррикады – нет сил и харизмы борца, да и тошно как-то. Кроме того, в зеркало на себя посмотришь – и пафос обличительный испаряется…
Вспомнил батюшка случай, когда от этого состояния его вылечил, как ни странно, старый добрый, вовсе не церковный, но любимый Булгаков, у которого в «Мастере и Маргарите» есть эпизод: на знаменитом концерте в театре Варьете один из зрителей, председатель акустической комиссии Семплеяров, потребовал разоблачения фокусов, и в ответ Семплеярову устроили подлинное разоблачение – принародно огласили его собственные грешки, и в этом эпизоде – самая что ни на есть евангельская правда.
А прихожане останутся массой
Думает батюшка и про то, что отрезвление от такого отчаяния – только одно: насущные ежедневные малые, «невселенские», дела, а с ними – Евангелие, литургия, приходящие в храм люди, которые снова и снова нуждаются, нет, не в тебе, батюшка, а во Христе.
Вот и выбирай: или отчайся вконец и беги из Церкви куда глаза глядят (куда. ), или – посмотри на Того, Кому тоже не было уютно в Его земном служении, вплоть до того, что гвоздями приколотили ко кресту, и – служи дальше.
А Господь уж как-то поможет, Ему не впервой.
Про то, что, сколько бы слов о Христе ни сеял в массу прихожан, но она так и остается массой, косной и суеверной, и попробуй-ка стань «батюшкой нет», примени, так скажем, вместо любимой тобой икономии строгую акривию, откажись отпеть человека, которого в первый и последний раз видишь в этом гробу, или покрестить младенца у родителей, в чьем знании Символа веры сомневаешься – столько врагов наживешь. (И тут же – мысли: ну, не знает он Символа веры, не читал Евангелия… Но разве отринул его Христос?
Тебя-то самого ведь когда-то не отринул? Христос-то ведь и о нем переживает, надеется в Церковь Свою его привести? Не читал он Евангелия – так прочитает, жизнь еще вся впереди. Вот ты и не следуй примеру иудейских архиереев, которые некогда в раздражении сказали: «Народ сей невежда в законе, проклят он!», не считай себя мерилом Православия. Лучше помолись Богу и приложи какие есть силы к пришедшему сему человеку, постарайся, чтоб открыл для себя Евангелие, раздуй в нем искорку, чтоб – увидел Христа … Ага, а где силы взять?! А то самое выгорание, опять же?! Думы, думы, баран да овца – начинай с конца)…
«Не я ли на свете всех святее!»
«Тяжел ты, крест российского православного священника. А с креста, сказано, не сходят, с него снимают. Вот и буду героически нести его дальше. » – тут к думам батюшки примешиваются новые краски: жаление себя, но уже смешанное с самодовольством и тщеславием. Стоп, говорит себе батюшка. Ты уж не мечтательный подросток, ты уж почти старик – самому-то не смешно от себя? А ну-ка, где опять-таки мое верное зеркало (снова и снова оно полезным бывает), гляну в него, пусть скажет в который раз, не я ли на свете всех святее.
Зеркала под рукой у батюшки нет. Потому посмотрел он просто в окно. А там из осенних туч – солнце, небо виднеется… Никакого вроде бы чуда, никакого особо дивного знамения. Но батюшке становится понятно: не крест тебя тяготит. Крест Христов, иго Его – легок, недаром Он Сам призывал людей принять его на себя.
Не крест тяготит и приводит в уныние – тень от креста. Но ведь тень эта кончится, она не вечна, в этом наша вера и наше упование. А вечны – Солнце Правды и Небо Воскресения.
Доверять Христу и верить в людей
Батюшка думает о словах митрополита Антония Сурожского, которые прочел когда-то: «Я в Церкви – частное лицо». Отвечаю я – прежде всего за себя самого. А за других людей – не «отвечать» я должен, а должен им служить, пытаться любить, брать их на себя, не брезговать, если надо, влезать в их болячки, пытаясь как-то помочь.
И доверять Христу в том, что Он знает этих людей гораздо лучше тебя, видит и проживает всю тяготу земной жизни Церкви полнее тебя, Он есть глава Церкви, спаситель Ее и судья, а не ты.
И еще ты должен верить в людей, верить, что люди Церкви – это те, кто способен отодвинуть хотя бы на время свою самость, свои страсти, претензии, распри, злобу своего дня, и переключиться на Христа.
Те, с кем вместе завтра будешь стоять в одном храме и «едиными усты и единем сердцем» свидетельствовать: «Крест – хранитель всея вселенная, Крест – красота Церкви, Крест – царей держава, Крест – верных утверждение, Крест – ангелов слава и демонов язва».
НАПЕРСНЫЙ КРЕСТ
В XVIII столетии в России началось упорядочение ношения наперсных крестов. Вначале украшенные драгоценностями наперсные кресты заменили более ранние кресты-енколпии среди архиереев.
В 1722 году император Петр I разрешил архимандритам членам Святейшего Синода возлагать на себя наперсный крест.
Императрица Елизавета Петровна в 1741 году подтвердила это право. В следующем 1742 году императрица Елизавета повелела носить наперсный крест всем архимандритам для отличия от игуменов. После этого указа епископы, носившие на груди без различия кресты или панагии, стали явочным порядком употреблять для отличия от архимандритов только панагии [1]. В том же 1742 году императрица Елизавета наградила драгоценным наперсным крестом своего духовника протоиерея Феодора Дубянского. Затем такие же награды щедро раздавала полюбившимся протоиереям и священникам императрица Екатерина II.
 |
| Павловский наперсный крест |
Павловский крест
 |
| Докторский наперсный крест |
Академический крест
Наперсными крестами особого вида с 1808 года награждались священники, имевшие ученую степень доктора богословия. Магистры носили небольшой серебряный крест в петлице рясы. С 1884 года такими же крестами стали награждаться кандидаты богословия.
Наградные кресты XIX в.
Затем были учреждены бронзовые наперсные кресты, в память Отечественной войны 1812 года и Крымской войны 1853-1856 годов, которые носили все священнослужители от рядового священника до митрополита. С 1820 года за особые заслуги придворных и служащих за границей, а также просто заслуженных протоиереев и священников, стали награждать литыми золотыми крестами, украшенными бриллиантами и другими камнями из Кабинета Его Величества. Впоследствии священнослужителям, награжденным “кабинетными” крестами, было разрешено принимать драгоценные кресты с украшениями от благодарных прихожан.
Николаевский крест
 |
| Рисунок Николаевского креста |
В 1896 году императором Николаем II был учрежден новый тип наперсного креста. Император “Всемилостивейше соизволил [. ] на присвоение в ознаменование всерадостного торжества Коронации и Священного Миропомазания Их Императорских Величеств, всем состоящим на службе иереям монашествующего и белого духовенства, равно как и рукополагаемым вновь в означенный сан право возлагать на себя крест” установленного образца, приобретаемый за свой счет.
Крест был учрежден восьмиконечной формы и изготавливался из серебра. На лицевой стороне его изображалось Распятие, а на оборотной стороне наставление апостола Павла: “образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою” (1 Тим 4, 12), а также вензель императора Николая II и дата его коронации на церковнославянском языке.
 |
| Патриарший наперсный крест с украшениями (образца до 1997 г.) |
 |
| Патриарший наперсный крест с украшениями (образца после 1997 г.) |
Современное состояние
Ныне восьмиконечный наперсный крест является в Русской Православной Церкви принадлежностью иерейского сана, в то время как в Греческих Церквях, как это было в России до 1896 года, обычные священники наперсных крестов не носят.
В качестве еще высшей награды, пресвитерам после палицы даруется наперсный крест с украшениями, подобный тому который носится архиереями.
Монахини, назначенные Священным Синодом настоятельницами монастырей, епархиальным архиереем возводятся в сан игумении с вручением посоха и возложением наперсного креста золотого цвета. В случае оставления ими должности они сохраняют сан игумении и право ношения наперсного креста золотого цвета, но лишаются права использования посоха.
Во внимание к продолжительным трудам на благо Церкви в должности настоятельницы патриаршим указом игумения монастыря может быть удостоена права ношения наперсного креста с украшениями, которое сохраняется пожизненно.
За особые заслуги в трудах на благо Церкви патриаршим указом монахиня какого-либо монастыря, а также настоятельница архиерейского подворья может быть удостоена права ношения наперсного креста золотого цвета, которое сохраняется пожизненно.
В исключительных случаях, по инициативе и указом патриарха, независимо от выслуги лет и предшествующих наград, игумении могут быть удостоены права ношения патриаршего наперсного креста. При этом патриарший наперсный крест носится в качестве второго креста.
Как правильно выбрать наперсный крест, чтобы не нарушить Положение о наградах Русской Православной Церкви
Часто на к нам обращаются благодарные прихожане, которые хотели бы сделать памятный подарок для своего пастыря. Таким подарком обычно становится наперсный крест. Не всегда желающие одарить знают, что при выборе креста большое значение имеет и цвет, и форма, и наличие украшений.
Дело в том, что священники имеют право носить только такой крест, который положен им согласно их статусу, и если ошибиться в выборе,креста, батюшка просто не сможет его носить.
Как правильно выбрать крест, чтобы подарок был «не в бровь, а в глаз»? Какими правилами надо руководствоваться при выборе самого главного христианского символа, который несет на себе священнослужитель? Кто устанавливает эти правила, и как они изменились к настоящему времени?
Одним из важнейших событий церковной жизни в 2017 году стал Архиерейский собор Русской Православной Церкви. Не самым заметным итогом его деятельности, но важным для освещения поставленных вопросов стала новая редакция Положения о наградах Русской Православной Церкви.
Изменилась последовательность присвоения наград, были уточнены некоторые моменты. появились новые награды.
Коснулись изменения и правил ношения наперсного креста.
1. Восьмиконечный наперсный иерейский крест серебряного цвета
Ранее Положение о наградах гласило, что «Награждение наперсным крестом производится указом епархиального архиерея не ранее чем через три года после награждения камилавкой (для монашествующих — набедренником) и при сроке служения в священном сане не менее пяти лет».
Между тем, на практике, священник начинал носить крест – более простой – сразу по рукоположении.
Теперь эта двусмысленность удалена: «восьмиконечный наперсный иерейский крест серебряного цвета возлагается на пресвитера при рукоположении».
2. Наперсный крест золотого цвета
Появляется новая награда: «Право ношения наперсного креста золотого цвета. Награждение производится указом епархиального архиерея не ранее чем через четыре года после награждения правом ношения камилавки (для иеромонахов и священноиноков — не ранее чем через пять лет после награждения правом ношения набедренника)».
Интересно, что ранее в качестве наградного обычно использовали так называемый Павловский крест, изготовленный из серебра (или его имитации) и позолоченный.
Сейчас иереям, обладающим старинными крестами, с которых сошла позолота, видимо, придется обратиться к услугам реставраторов.
3. Крест с украшениями
Крест с украшениями ранее возлагался на протоиерея – старое положение гласило: «Награждение производится указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси не ранее чем через пять лет после награждения палицей» (палицу же возлагали на протоиерея, через пять лет после возведения в этот сан).
Теперь «Награждение крестом с украшениями производится указом Святейшего Патриарха не ранее чем через пять лет после награждения правом ношения палицы. Продолжительность служения в сане пресвитера должна составлять не менее двадцати лет».
Возведение в сан протоиерея отныне «производится указом Святейшего Патриарха не ранее чем через пять лет после награждения правом ношения наперсного креста с украшениями. Продолжительность служения в сане пресвитера должна составлять не менее двадцати пяти лет (иеромонахи и священноиноки не награждаются)».
Ранее в сан протоиерея возводили до награждения крестом с украшениями и всего через десять лет служения в священном сане.
4. Второй наперсный крест
В Положении появилась такая награда, как право ношения второго наперсного креста – ранее она не была предусмотрена, хотя на практике маститые протоиереи с двумя крестами встречались и прежде.
Теперь «Награждение правом ношения второго наперсного креста с украшениями производится указом Святейшего Патриарха не ранее чем через десять лет после награждения правом ношения митры. Продолжительность служения в сане пресвитера должна составлять не менее пятидесяти лет».
5. Женское монашество
Изменения коснулись не только носителей священного сана.
Теперь «За особые заслуги в трудах на благо Святой Церкви указом Святейшего Патриарха монахиня какого-либо монастыря, а также настоятельница архиерейского подворья может быть удостоена права ношения наперсного креста золотого цвета, которое сохраняется пожизненно».
Ранее наперсный крест могла носить только игумения, но цвет его не регламентировался. Теперь же игумения носит только золотистый крест – либо крест с украшениями (как более высокую награду).
Ранее игумения по оставлении ею должности лишалась права ношения наперсного креста – теперь же оно сохраняется за нею пожизненно.
Мы постарались коротко осветить основные изменения, коснувшиеся правил ношения наперсного креста.
Вопрос этот – очень важный, и подходить к его решению необходимо крайне ответственно.