как доснимали 7 форсаж без пола уокера
Как снимали «Форсаж 7» без Пола Уокера
Как-то упустили мы эту тему. Фильм уже прошел в кинотеатрах и многие так и не поняли, что произошло после смерти актера Пола Уокера, который вроде бы погиб, не отснявшись во многих сценах, а в фильме он есть от начала и до самого конца. В чем подвох? В том, что на этом фото не Пол Уокер, хотя очень похож.
Выбор у продюсеров был ограничен: или закрывать картину, или попытаться что-то придумать.Придумали привлечь к съемкам братьев погибшего актера, которые здорово на него похожи, а потом «доделать» лицо при помощи компьютерной графики.
Вот родной брат Пола Уокера – Коди. Здорово похож, но лица разные. Впрочем, эту проблему потом решали на компьютере. Видите черные точки на лице парня, оставленные маркером? Это чтобы компьютеру было проще прицелиться и заменить одни черты лица другими.
Более того, получалось так здорово, что продюсеры решили красиво расстаться с героем Брайна О’Коннора, а не убивать его.
Надо отметить, что работа подобного уровня еще не проводилась в мировом кино. С использованием дублеров, двойников (студия наняла четверых каскадеров-двойников) и компьютерной графики было сделано огромное количество сцен, причем вперемешку со сценами, где играет сам Пол Уокер. И никто ничего не заметил.
Что это значит? Что благодаря новейшим технологиям можно «оживить» любого актера или актрису. Более того, в будущем можно вместо того, чтобы приглашать супер-звезд с гонораром в десятки миллионов, незаметно использовать такие технологии и клепать фильмы с липовым Бредом Питтом, значительно экономя на бюджете. Ну или подменять в телевизоре президента страны, если с ним что-то случилось.
Сколько на самом деле сцен с Полом Уокером было сделано при помощи VFX
На канале WETA Digital вышло интересное видео, о работе над Форсажем 7, конкретно над созданием лица Пола Уокера, погибшего в аварии и не успевшего закончить работу над фильмом.
Более чем в 260 шотах лицо Брайан О’Коннора (Пол Уокер) было воссоздано с помощью VFX от компании WETA Digital. Проделано это было 4 года назад.
Вот кстати яркий пример, как по настоящему работают спецэффекты. На Изгой Один все знали что Таркина нарисуют и ожидали подвоха. А здесь никто не заметил, что не все кадры отснять успели.
С этим Форсажем тоже заранее знали. Я вот специально вглядывался чтобы заметить и так и не смог. Это видео удивило.
Плюсую. Тоже всматривался, но едва уловил всего пару моментов. Не думал, что так много.
Один момент бросался все же в глаза. Когда Доминик и Брайан прощались видна была некоторая неестественность. Но вот все остальное и правда было сделано потрясающе. Я был уверен, что только в последних кадрах была графика.
Ага, как-то слишком уж стеклянные у него были глаза.
На самом деле, надо признать, что качество эффектов в изгой один было действительно похуже, и там правда заметно, что он нарисован, но это, конечно, тоже сыграло свою роль
Я не знал и не ожидал, но все равно заметил, что что-то не то
С чего бы мне любить тебя
А я и не про себя, зачем ты фантазируешь?
Я подумал, что ролик относительно новый, но
Опубликовано: 1 мая 2018 г.
Не в связи ли с выходом этого ролика от ребят из Corridor вы решили его здесь разместить?)
https://www.youtube.com/watch?v=2ZKPnuUFwOk
Нет, хоть на них и подписан его я не смотрел.
Вин Дизель: «Самым сложным на съемках «Форсажа» было притворяться, что Пол жив»
— Вин, вы назвали свою дочку, родившуюся в марте, Полиной в честь Пола Уокера — актера, погибшего в 2013 году в самый разгар съемок седьмого фильма «Форсаж».
— Да, когда моя дочь появилась на свет и я лично перерезал пуповину, понял, что должен назвать ее в честь моего друга и брата — да, мы именно так с самой первой серии «Форсажа» называли с Полом друг друга. Я ощущал его присутствие рядом с собой в этот момент. А знаете почему? Да потому что, когда моя жена должна была вот-вот родить нашего первого ребенка в 2008 году, я был на съемках одного из «Форсажей» и очень сильно нервничал. (Мексиканская модель Палома Хименес не является официальной супругой Дизеля, Вин старше ее на 16 лет, но они вместе уже девятый год, и она родила ему троих детей. Ходят слухи, что патологически скрытный актер давно уже вступил с Паломой в брак, но найти тому доказательства не удается даже самым пронырливым папарацци. — Прим. ред.)
Как-то Пол пришел ко мне в трейлер и спросил, что со мной такое творится, почему я такой напряженный, сам не свой. Когда я ему объяснил, что волнуюсь, как пройдут роды — ведь это мой первый ребенок, — он посмотрел мне в глаза и решительно заявил: «Ты должен все тут бросить и немедленно отправляться к жене. Быть с ней рядом. И увидеть появление на свет своей дочери». И я послушал Пола. Как мог бы послушать только брата. Уехал со съемок и присутствовал при рождении нашей девочки. У нее были небольшие проблемы с дыханием, в общем, не хочу вдаваться в подробности, но я бы себе не простил никогда, если бы там не оказался в те минуты. И я необычайно Полу благодарен за этот совет.
Знаете, когда я узнал о его гибели, вскочил в самолет, прилетел в Лос-Анджелес и поехал к его маме. Но не решился войти и плакал на заднем дворике. Она увидела меня, вышла и стала утешать. Я плачу и говорю: «Это я вас должен утешать, вы же его мать!» А она мне отвечает: «А ты был словно его вторая половинка…»
— Вы фактически отказались и от рекламной кампании фильма из-за трагической гибели Пола Уокера…
— Знаете, я, такой на вид крепкий и сильный мужик, почти два месяца после этой жуткой аварии, в которой Пол сгорел заживо, не мог даже из дома выйти. А ведь нужно было срочно решать, как быть с фильмом, с седьмой серией франшизы, где Пол успел, к счастью, сняться, но не до конца. Не все сцены с ним были готовы. И у меня как одного из продюсеров, и у студии были самые разные мысли.
Вернее, поначалу, пока я в себя хоть немного не пришел, никаких мыслей не было, кроме горя и печали. И мелькало такое желание все бросить и оставить как есть. Закрыть проект, чего бы это мне лично ни стоило. Потом, конечно, я сумел взять себя в руки — спасибо всем друзьям Пола и студии в том числе. Все его любили, и поэтому никакой спешки не было. Съемки отложили на четыре месяца.
Должен вам сказать, что это уникальное решение для большой студии, когда на кону огромные деньги и миллионы поклонников и фанатов ждут фильма. Отложен был и выход картины на экраны. Что позволило нам всем немного прийти в себя. Иначе не знаю, как бы я поступил. На студии понимали, что я могу отказаться, я им прямо об этом сказал. Но потом было принято еще одно важное решение: никаких купюр, оставить все сцены с Полом, а для тех, что нужно доснять, пригласить его родных братьев Калеба и Коди. Они все очень похожи в семье.
Самым сложным, в том числе с этической точки зрения, было производить компьютерные манипуляции, монтируя крупный план Пола из уже отснятых сцен. Художникам пришлось заново рисовать некоторые кадры, грубо говоря, приставляя его голову к телу другого человека. Видеть это на экране — тяжелое испытание для родных Пола. Вообще же нам помогали специалисты из знаменитой студии Питера Джексона — других таких асов в компьютерных эффектах найти трудно. Вот так…
Это оказались самые трудные для меня съемки. Что-то сюрреалистическое. Пол вроде бы был рядом — и его не было, и нужно было притворяться, что он есть. Никогда — а я начал сниматься, еще когда в школе учился, — мне не было так тяжело. Скорбеть о близком человеке и делать вид, что он вот тут, прямо рядом с тобой, и все в порядке. Помню свой первый съемочный день после перерыва. После того, как мы решили пригласить братьев Пола и с ними завершить работу над фильмом. Я должен был обогнать машину, в которой за рулем находился Джейсон Стэтэм. Я трогался с места, и тут же слезы застилали глаза. И так много раз. Прерывались, я с кучей платков уходил, вроде успокаивался, брал себя в руки, и все сначала — слезы и жуть. Ужас какой-то. А ведь это было куда как неподходящее настроение для моего героя-убийцы. Он-то должен был находиться в бодреньком настроении. Что ж, я за этот год выплакал слез больше, чем за всю мою жизнь.
— Вы как-то сказали, что стали другим человеком…
— Это так и есть. Я впервые по-настоящему оценил жизнь. Понял, какое это счастье — просто видеть солнце, смотреть на деревья в своем саду. Обнимать жену, играть с детьми. Да просто дышать!
— Могли ли вы когда-то предположить, что «Форсажи» станут такими успешными, принесут 2,4 миллиарда долларов — это не считая огромных денег, вырученных за последний, самый тяжелый для вас, седьмой «Форсаж»?
— Нет, не мог, конечно, предположить. Предположения в нашем бизнесе вообще дело бесполезное. Знаю одно: я сделал все, чтобы обеспечить этот успех. Никогда не соглашался сниматься в очередном фильме, если не был уверен в сценарии на все сто процентов. Как и в том, что история, сюжет внушают доверие. И всегда настаивал на том, чтобы в финале оставалась некая загадка, не распутанная до конца нить, вопрос. С этим трюком проще начинать новую серию. Но конечно же главное, что обеспечило успех «Форсажу», — чувство единения, семьи. Потому что только это самое единение и являлось залогом того, что зрители придут смотреть наш очередной фильм.
— А как же крутые тачки? Адреналин, которого хватает на всех зрителей?
— Ну да, точно, машины некоторую роль в наших фильмах тоже играют. (Смеется.)
— А у вас самого их много?
— Гораздо больше, чем хотелось бы моему бухгалтеру и финансовому консультанту. (Смеется.) Но с появлением детей я перестал покупать спортивные, гоночные машины. Созданные, чтобы адреналин выбрасывало из тебя. Ну, в общем, такие, на каких гоняет мой герой. Теперь я забочусь прежде всего об удобстве для своих детей. Но я и правда очень люблю машины — всякие. И считаю, что чертовски важно для человека, на чем он ездит. Не менее важно, чем одежда, которую носит.
— Вы по-прежнему сами делаете опасные трюки?
— Я делаю больше трюков, чем должен делать. Но в последнее время все-таки на рожон не лезу. По сравнению с тем, что раньше вытворял. Раньше все стремился сам делать. Ставил условия продюсерам. Иначе не соглашался сниматься. Когда ты становишься отцом, глупо и безответственно рисковать жизнью. И все равно, как бы ни старался сам себя ограничивать, говорить «стоп», часто, возвращаясь домой, себя ругаю: «Ну зачем я сегодня так рисковал? Ведь мог убиться же запросто! Ну разве умный человек может на такое пойти?» Когда слышу слово «экшен», для меня это звучит как приказ. Как команда. Или, может, как музыка?
— Писали, что вы чуть не погибли на съемках седьмого «Форсажа».
— Я снимался в очень опасной сцене. Реально очень опасной: мой персонаж изображает фактически камикадзе, чтобы спасти своих друзей. А его спасает Брайан О’Коннер, герой, которого играет Пол Уокер. И вот, помню, пришел я в трейлер к Полу и говорю ему: «Если со мной что случится, именно ты должен рассказать всем, какой я был друг и брат». Мы обнялись, и я ушел к себе. Это была одна из последних сцен, которую мы снимали до каникул, до того, как разъехались по домам. Последний раз, когда я видел Пола. Я с тех пор постоянно прокручиваю эту сцену в голове — мы с ним словно бы прощались…
— Надо сказать, что вопреки прогнозам многих критиков вы преуспели не только в «Форсаже». Чего только стоит сумасшедший успех прошлогоднего фильма «Стражи Галактики», в котором вы играете не совсем обычного персонажа.
— Да, я играю дерево! (Смеется.) Когда мне позвонил президент студии «Марвел» Кевин Файги, он сразу же предупредил: «Мы вам предлагаем сыграть самого странного персонажа за всю историю фильмов на основе комиксов. Только, пожалуйста, не сочтите нас сумасшедшими». Я, конечно, задумался: на кой черт оно мне надо? Но потом они мне прислали целую коробку других анимационных персонажей, выполненных в такой классной художественной стилистике! Я показал их моему сынишке и спросил, кем бы он хотел видеть папочку. Он показал на дерево. Так что я во многом из-за детей согласился участвовать в этом фильме. Взял сынишку на премьеру. По дороге домой он все время смотрел в окно и, глядя на деревья, говорил: «Папочка, смотри, это твои братья и сестры!» (Смеется.)
— В начале карьеры вас же не брали на приличные роли. Говорили, что вы либо слишком светлокожий, чтобы играть афроамериканца, либо слишком темнокожий, чтобы претендовать на роль белого.
— Да, а еще мне советовали избавиться от мускулов — мол, неприлично актеру так выглядеть. (Смеется.) Однажды я решил написать сценарий о мытарствах начинающего актера. Заперся в маминой ванной и сочинил за несколько часов восемь страниц текста. Продал машину за три тысячи долларов и снял короткометражку. Ее взяли на Каннский фестиваль! Тогда я раздобыл еще денег и сочинил еще один сценарий. Сам его снял с собой в главной роли. Собственно говоря, я все делал сам, даже еду готовил на съемках. И повез «Бродяг» на фестиваль «Сандэнс». Мне говорили, что фильм можно продать аж за миллион долларов. Я мечтал завести себе новую машину. Но картину никто не купил. Зато Стивен Спилберг меня заметил и специально для меня написал роль в своем фильме «Спасти рядового Райана». И мне заплатили 70 тысяч долларов.
— Говорят, вы не очень-то трепетали перед Спилбергом и норовили изменить написанные им для вашего персонажа реплики…
— Я перфекционист. И если мне кажется, что слова и выражения или еще что-то не соответствуют характеру героя, я пытаюсь это исправить. Помню, как я шептал на ухо Стивену свои предложения, а он, уже изрядно раздраженный (потому что я делал это всякий раз, как предстояла сцена с моим участием), мне ответил: «Винни, черт побери, твой герой уже мертв!» (Смеется.)
— Вы известны тем, что почти никогда не даете интервью. И о рождении ваших детей публика узнает не сразу, и об их именах. Неужели вы боитесь — ну не знаю, сглаза или еще чего-нибудь в этом роде?
— Нет. Но есть события в моей жизни, которые принадлежат только мне. Прежде всего, это рождение детей. Я не обязан только потому, что знаменит, делиться этим праздником даже со своими фанатами. Мне нужно время. Вот моя мама всегда знала, что за моей грубой и сильной внешностью скрывается сентиментальная душа. Слабость даже. Более того, мама уверена, что я для того и накачал мускулы и принял устрашающий вид, чтобы скрыть эту свою внутреннюю слабость. Разве об этом кому-то нравится рассказывать? Но мама во многом права. Недаром, когда я еще работал вышибалой в ночных клубах Нью-Йорка, не мог вынести, если пятеро набрасывались на одного. Я тут же брал сторону этого парня и дрался со своими коллегами-вышибалами.
Как снимали Форсаж 7 без Пола Уокера
В «Форсаж» приехал Джейсон Стэтхэм
Что тот, что этот – лыс и крут. Кто кого сборет? Нет, погодите.
Для начала на сцену выходит несокрушимый Дуэйн «Скала» Джонсон, встает на пути Джейсона Стэтхэма, и страшно вращая глазами, говорит: «Я – закон! И сейчас я сломаю твой средний палец шестью разными способами».
Первое правило боевика с Джейсоном Стэтхэмом гласит, что тот, кто говорит такое Джейсону Стэтхэму, независимо от роста и мышечной массы, немедленно отправляется на больничную койку досматривать продолжение фильма по телевизору. Но Дуэйн Джонсон все-таки слишком крупный артист, чтобы лежать там до финала. Поэтому, когда по телевизору показывают, что враги разнесли половину Лос-Анджелеса и лупят по друзьям ракетами «воздух – земля», он легким движением бицепса ломает гипс и, как Шварценеггер в лучшие годы, берет в руки Самый Большой Пулемет, пишет сайт Ведомости.
А первый закон франшизы «Форсаж» гласит, что трюки в каждой следующей серии должны быть круче, чем в предыдущей. Как это всякий раз удается – загадка. В пятом «Форсаже» два могучих «Чарджера» носились по городу с банковским сейфом на прицепе. В шестом в гонках участвовал танк. В седьмом по-внедорожному тюнингованные спорткары банды Торетто сбрасывают на парашютах с самолета. Но кроме этой сцены, уже известной по рекламному трейлеру, там еще тонна трюков, которые, ставя под сомнение законы физики и здравого смысла, поднимают на новую высоту искусство каскадеров и мастеров, как говорили в докомпьютерную эру, «комбинированных съемок». Меняя постановщиков (новую серию вместо Джастина Лина режиссировал Джеймс Ван), «Форсаж» остается одним из немногих боевиков, где самые безумные сцены выглядят снятыми с реальным риском для исполнителей и лишь потом подправленными с помощью новейших цифровых технологий.
Но дело не только в количестве и качестве экшн-сцен. С самого первого и скромного «Форсажа» (2001) фирменный стиль франшизы определяла кичевая избыточность, отличавшая субкультуру стритрейсеров. С ростом бюджетов пацанская уличная романтика и блатной сантимент обрастали все более фантастическими трюками и абсурдными сюжетными поворотами, но главные персонажи продолжали крепко держаться корней. Они действовали как супергерои из комиксов, но по-прежнему выглядели как парни из гаража и разговаривали как в латиноамериканских мыльных операх (а героиня Мишель Родригес даже на пару серий теряла память). В седьмом «Форсаже» Вин Дизель облачился во фрак, но лишь для того, чтобы угнать самый дорогой суперкар в мире из пентхауса небоскреба в Абу-Даби. А Мишель Родригес надела красное вечернее платье, чтобы подраться в нем с олимпийской медалисткой по дзюдо Рондой Роузи.
Кто заменил Пола Уокера в Форсаже 7?
Постепенно росло и количество приглашенных звезд. В пятом «Форсаже» впервые появился Дуэйн Джонсон. Теперь, помимо Стэтхэма, команда пополнилась Куртом Расселом в роли сверхсекретного агента американского правительства, который ни с кем не дерется, но очень убедительно носит деловой костюм и предлагает команде Торетто взаимовыгодную сделку. Зато другие дерутся не меньше, чем гоняют. Стэтхэм против Джонсона, Дизель против Стэтхэма, Пол Уокер против тайского бойца Тони Джаа.
Форсаж 7, как снимали без Пола Уокера?
А Дизель, Стэтхэм и другие, судя по стартовым сборам седьмого «Форсажа», еще погоняют.
Как авторы «Форсажа 7» сделали цифрового Пола Уокера
Смерть актёра вынудила продюсеров прибегнуть к помощи компьютерных технологий
Трагически погибший в автокатастрофе Пол Уокер не успел сняться во всех сценах «Форсажа 7», что, впрочем, лишь отложило релиз фильма на апрель 2015 года. Современные технологии позволили авторам картины создать его цифровую копию.
Как авторы «Форсажа 7» сделали цифрового Пола Уокера
По информации The Hollywood Reporter, воссозданием Пола Уокера на компьютере занималась компания Питера Джексона Weta Digital. Этот сложный процесс студия Universal не комментирует, но опыт голливудских блокбастеров доказывает, что сегодня снять актёра можно даже без его участия.
АКТЁР КАК СПЕЦЭФФЕКТ
Смерть актёра, как ни спорно бы это звучало с моральной точки зрения, уже не преграда для кинематографистов. Нашумевшим примером является китайская реклама с Брюсом Ли, о которой рассказал специалист по визуальным эффектам Робин Шэнфилд:
Актёр, полностью созданный на компьютере, часто вызывает общественный скепсис, как в случае с появлением Шварценеггера (точнее, «Шварценеггера») в четвёртом «Терминаторе». Но резонанс сегодня вызывает не столько инновационность метода, сколько тот факт, что речь идёт о реальных людях. В конце концов, после «Аватара» всерьёз удивляться визуальным возможностям современных блокбастеров уже странно.
Брюса Ли для рекламы полностью «нарисовали» при помощи спецэффектов
3D-СКАНИРОВАНИЕ
Репортаж со съёмок «Форсажа 7»
ДУБЛЁРЫ
Коди и Калеб Уокеры на площадке «Форсажа 7»
ВСПОМНИТЬ БЫЛОЕ
Наконец, есть ещё один официально подтверждённый способ решения проблемы. Режиссёру «Форсажа 7» Джеймсу Вану позволили обратиться к архиву киносерии и позаимствовать при необходимости сцены с Полом Уокером, которые не вошли в финальные версии других частей, благо чернового контента за шесть полнометражных фильмов накопилось предостаточно. Каков будет результат и будет ли он заметен невооружённым взглядом, зрители узнают в кино с 9 апреля.