За что казнили платона
Платон — философ, едва избежавший участи раба
Платон познал, насколько опасен гнев тирана.
Ученик Сократа, родственник тирана
Биографии поэтов и философов редко попадали в поле зрения серьезных греческих историков. О них писали в основном любители занимательных фактов. Поэтому в биографии Платона и других философов правду не всегда легко отделить от вымысла. Кроме поздней работы о мыслителе, написанной Диогеном Лаэртским, сохранились и письма Платона. Некоторые факты его биографии можно вычленить из его философских трудов.
Под вопросом даже настоящее имя философа. В Античности писали, что в действительности его звали Аристокл, а Платон было прозвищем. Он получил его то ли за физические данные, то ли за ширину лба. Скорее всего, это легенды, и Платон было настоящим именем.
Он происходил из аристократической семьи. Отцом Платона был Аристон, а матерью — Периктиона. Семья принадлежала к дему Коллит. Родители философа были выходцами из знатных семей, предки которых занимали почетную должность архонта-эпонима в VII и VI веках до н. э. Мать Платона происходила из того же рода Кодридов, что и законодатель Солон.
У Платона было два старших брата Адимант и Главкон и сестра Потона. Братья Платона сражались в рядах афинского ополчения при Мегаре в 409 году до н. э.
Вскоре после рождения Платона умер его отец Аристон. Периктиона была выдана замуж за брата своей матери (в Афинах такие браки допускались) Пирилампа. Он был вдовцом и воспитывал сына Демоса от первого брака.
Известно, что Пириламп был состоятельным человеком и другом Перикла. Он разводил экзотических птиц и, как поговаривали злые языки, посылал их в подарок любовницам Перикла. Тем не менее он сражался в рядах афинского ополчения в битве с беотийцами при Делии (424 год до н. э.) и был ранен. Периктиона родила новому мужу еще одного сына, которого назвали Антифонт в честь отца Пирилампа.
Точные даты о жизни Платона практически не известны. Немногие факты можно извлечь из фрагментов современных ему авторов. Так, известно, что будущий философ родился в Афинах в 420-е годы до н. э. Он покинул полис в 28 лет, после казни Сократа. А скончался в Афинах на 13-й год правления Филиппа Македонского (348/347 год до н. э.).
Как и другие знатные афиняне, Платон должен был получить домашнее образование. Оно включало музыку, основы математики, астрономии, философии, истории. С общественной жизнью подростка должны были знакомить старшие родственники. В случае с Платоном это, вероятно, делали его братья. Скорее всего, так он и познакомился с Сократом, которого знал Главкон.
Платон должен был слушать и модных в ту эпоху софистов, собиравших вокруг себя учеников. Тот факт, что он сделал некоторых из них героями своих диалогов, говорит о его знакомстве с софистами.
В юности, как и другие молодые афинские аристократы, Платон был учеником Сократа. О дружбе юноши с философом писал в своих «Воспоминания о Сократе» его другой ученик Ксенофонт. В частности, он вспоминает подробный разговор между Сократом и братом Платона Главконом, который уже в юности имел политические амбиции.
Судя по сохранившемуся письму Платона, он достиг совершеннолетия к концу Пелопоннесской войны, когда Афинами управляла коллегия Тридцати. Молодой человек возлагал большие надежды на новое правительство из 51 человека (30 и двух подчиненных им коллегий), в которое входили его родственники — дядя Хармид и дядя или двоюродный дед Критий (глава правительства). Тогда же он получил предложение от своего родственника Крития заняться политикой. Платон решил подождать, а потом увидел, что режим Тридцати еще хуже прежней демократии.
Через год в ходе гражданской войны в Афинах восстановили демократию, а Критий и Хармид погибли. В 399 году до н. э., когда Сократа осудили на казнь, Платону было около 25. Через несколько лет он с несколькими другими учениками Сократа уехал в Мегару, чтобы учиться у философа Евклида. После обучения у Евклида Платон вернулся в Афины. Ему исполнилось 30, и он должен был вступить в права земельного владения.
Тиран Дионисий
Платон писал, что ему было около 40 лет, когда он впервые посетил двор сиракузского тирана Дионисия Старшего. Правитель был деятельным и просвещенным, при его дворе неоднократно гостили выдающиеся современники.
Платон отправился ко двору Дионисия около 385 года до н. э. К этому времени он уже написал часть своих диалогов и должен был приобрести известность в греческом мире. Предполагают, что часть его диалога «Государство» тоже уже была написана и опубликована.
Сначала Дионисий был расположен к Платону. Однако спустя некоторое время философ своими суждениями вызвал гнев тирана. Греческие историки приводят разные детали, но все повторяют рассказ, как Дионисий продал Платона в рабство.
Согласно Диодору, философа продали на невольничьем рынке за 20 мин. Несколько греческих философов собрали деньги, чтобы выкупить Платона. Они отправили его в Грецию, напомнив, что мудрому человеку следует меньше общаться с тиранами.
Спартанец Поллид был реальным историческим лицом, о котором писали современники. Чуть позже продажи Платона в рабство, которая должна была произойти в 380-е годы до н. э., в 376 году до н. э. Поллид командовал спартанской эскадрой в морской битве против афинян при Наксосе. Хотя, как писал Диодор, Поллид храбро сражался, спартанцы проиграли морскую битву, а сам Поллид погиб. Так он и вошел в историю — спартанец, который продал в рабство Платона и проиграл морской бой при Наксосе. «Так божество отомстило за философа», — подводит итог судьбе Поллида Диоген Лаэртский.
Диоген Лаэртский приводит третью версию рассказа о продаже в рабство. Дионисий выдал философа прибывшему с посольством Поллиду. Он отвез его на Эгину, где философа продали в рабство. В это время Эгину посетил философ Анникерид Киренский, который выкупил Платон и отвез в Афины. Когда друзья философа или Дион отдали Анникериду деньги, он купил на них земельный участок, на котором Платон основал свою Академию.
Академия Платона
После возвращения с Сицилии около 383 года до н. э. философ основал свою школу, которую он назвал Академией. Это была открытая площадка в роще, куда мог прийти любой желающий, чтобы вместе с другими изучать философию. Учениками мыслителя становились не только афиняне, но и уроженцы других полисов.
Во времена Платона с учеников Академии не брали плату. Из труда Диогена Лаэртского известны имена 19 самых выдающихся учеников, но их было намного больше.
Среди учеников Академии были две женщины — Аксиотея из Флиунта и Ластения из Мантинеи. Также при жизни основателя в Академию пришли историк Гераклид Понтийский, племянник и преемник Платона Спевсипп, Ксенократ Халкедонский, который стал третьим главой Академии после Спевсиппа, и, естественно, Аристотель.
Платон, Дион и Дионисий
В 366 году до н. э. Платон снова отправился в Сиракузы. Годом раньше умер Дионисий, и власть на Сицилии унаследовал его сын Дионисий Младший. К тому времени прежний ученик Платона Дион достиг зрелого возраста и стал ближайшим советником нового правителя.
Дион потратил много сил, чтобы уговорить мыслителя вновь приехать на Сицилию. Он убеждал его, что втроем они могли провести реформы и положить конец творящемуся злу тирании. Кроме того, убеждал Дион, если откажется Платон, наставниками Дионисия станут недостойные люди.
Дионисий хорошо принял философа. Платон и Дион пытались развить лучшие качества Дионисия, которого они считали способным человеком. Вскоре произошел конфликт между тираном и его родственником Дионом. При дворе правителя действовала партия во главе с другим родственником Дионисия — Филистом. Он предоставил тирану доказательства, что Дион вел тайные переговоры с Карфагеном.
Дионисий изгнал Диона из государства, но демонстративно попросил Платона остаться при его дворе и поселил его в своем дворце, откуда трудно было сбежать. Платон пытался помирить тирана с родственником, но потерпел неудачу. Писали, что философ вызвал гнев Дионисия, но в этот раз у него нашелся влиятельный заступник — правитель-философ Тарента Архит. Письмо последнего Дионисию с просьбой позволить Платону безопасно покинуть город цитирует Диоген Лаэртский. После этого он вернулся в Афины, но продолжил поддерживать переписку с Дионисием, надеясь помирить его с Дионом.
Тем временем изгнанный Дион отправился в Грецию. Он побывал в нескольких городах, где был тепло принят, и некоторое время жил и учился в Академии. Там он, в частности, подружился с учеником и будущим преемником Платона Спевсиппом.
В 361−360 годах до н. э. Платон в третий раз побывал при дворе Дионисия Младшего. Дионисий настойчиво приглашал Платона (но не своего родственника Диона) на Сицилию. Платон согласился только после третьего приглашения, когда тиран прислал за ним корабль и пообещал помириться с Дионом, если философ примет его приглашение. Дионисию вторил правитель Тарента Архит, писавший, что от Платона зависят отношения между Тарентом и Сиракузами.
Прибыв на Сицилию, философ понял, что Дионисий не будет следовать его наставлениям. Кроме того, ранее тиран позволял Диону получать доходы со своих владений. Теперь он объявил, что эти средства должен получать сын Диона, опекуном которого являлся тиран.
Между Платоном и Дионисием произошла ссора, и философ хотел отбыть в Афины на первом судне, которое идет в Грецию. Тирану снова удалось его удержать. Как писал сам философ, для всей Сицилии они делали вид, что дружат, но Платон искал способ покинуть Сиракузы.
Платон сообщил Диону, что не смог помирить его с Дионисием. Это было последней каплей для изгнанника, и он начал подготовку к войне. В 357 году до н. э. Дион завещал свое имущество в Академии Спевсиппу и со сторонниками отправился на Сицилию. Вместе с ними отправился ученик Платона Тимонид, чтобы записать их деяния для истории. Дион захватил Сиракузы, а через три года смог захватить и внутреннюю крепость Ортигию.
Через несколько месяцев Дион был убит заговорщиками во главе с его другом афинянином Каллиппом, который провозгласил себя тираном Сиракуз. Так закончилась жизнь человека, который был настоящим другом Платона и пытался воплотить его идеи в жизнь.
Платон дал достойную эпитафию погибшему другу: «От его глаз нисколько не скрылось, что те, кто его погубил, были скверные люди, однако какова сила их дикости, мерзости и ненасытности, этого он не видел».
Хотя Платон, похоже, так и не женился, он был окружен своими родственниками. Его племянник Спевсипп был его учеником и преемником в качестве главы Академии. В 360-е годы до н. э. умерли две племянницы философа, и он взял на себя опеку над их 4 детьми. Адимант, вероятно внук брата Платона того же имени, был объявлен по завещанию наследником его имущества.
Платон умер около 347 года до н. э. Философ был похоронен в Академии, которая стала главным его детищем, продолжившим существовать на протяжении всей античной истории.
Казнь философа Сократа
Казнь Сократа, признанного оракулом Дельфийского храма самым мудрым из древних греков, несёт из глубины веков мрак жестокой несправедливости неправедного суда после восстановления демократии в Афинах. В солнечное весеннее утро 399 года до нашей эры в Афинах готовился к открытию знаменитый процесс, и всё активное мужское население города спешило к месту судебного разбирательства, предчувствуя острую схватку в полемике семидесятилетнего философа со своими обвинителями.
Только что было свергнуто народным восстанием правление тридцати тиранов во главе с Критием, учеником Сократа, установленное Спартой после поражения афинян в двадцатисемилетней Пелопоннесской войне. В город вернулись изгнанные демократы и среди них богатый кожевник Анит, ненавидевший философа за то, что был высмеян им во время публичного спора, и за отказ сына после бесед о нравственности наследовать профессию отца.
Трое граждан Афин (поэт-трагик Мелет, богатый и влиятельный демократ Анит, ремесленник и оратор Ликон) обвинили Сократа в отрицании богов и развращении молодёжи придумыванием новых божеств. Первым на процессе выступил Мелет, заявивший, как сообщает античный историк Диоген Лаэртский, что Сократ «не чтит богов, которых чтит город, а вводит новые божества и повинен в том, что развращает молодёжь, и наказанием должна быть смерть».
Ликон и Анит повторили обвинение начинающего поэта и тоже потребовали смертной казни. В ответ Сократ произнёс речь, опровергавшую надуманные претензии к нему, доказывая, что не он, а философ Анаксагор «объяснял научным образом небесные явления». Но ему не хотели верить — всё было предопределено.
Сократ, признанный большинством голосов присяжных виновным, должен был сам назначить себе наказание. Он мог предложить в качестве кары своё изгнание или штраф, но заявил, что ни в чём не виновен и заслуживает вознаграждения в виде бесплатного пожизненного обеда с олимпийскими чемпионами или символического штрафа в одну мину. Крики негодования, возмущённое топанье ногами присутствующих подействовали на пятьсот одного судью, и они сами голосованием определили меру наказания…
Сократ утверждал, будто с самого детства слышал внутренний голос, посредством которого бог склонял его к рассуждениям. Афинский философ родился в 469 году до нашей эры в предместье столицы Аттики в семье ремесленника-камнетёса Софрониска и акушерки Финареты. В молодости он посещал уроки красноречия и беседы женщины-философа из Милета Аспасии и отказался наследовать профессию отца, решив серьёзно заниматься ораторским искусством.
Ему было тридцать семь лет, когда началась Пелопоннесская война и пришлось исполнять воинский долг. По свидетельству историков он отважно сражался в трёх битвах первого одиннадцатилетнего периода до заключения в 421 году до нашей эры Никиева мира. В сражениях второго периода Сократ не участвовал, он был заседателем в совете пятисот и не раз, сталкиваясь с неоправданной жестокостью в судебных процессах, противился несправедливым расправам даже во времена правления тридцати тиранов после поражения Афин.
Всё своё свободное время Сократ проводил в философских спорах, у него было много учеников, ведь он не брал ни с кого денег за обучение. Он не входил ни в одну партию и мог с любым человеком беседовать на темы морали, познания истины и справедливости. Человек рассматривался Сократом как нравственное существо, и он считал, что различие между добром и злом не относительно, а абсолютно, утверждал, что познать можно только душу человека и его дела, и в этом заключается задача философии.
Тридцать дней находился Сократ, закованный в цепи, в ожидании казни, пока корабль не вернулся с острова Делос в Афины. Его верный друг Критон подкупил стражу и предложил бежать, но философ отказался, сказав, что закон надо уважать, хотя его и осудили несправедливо. Последний день Сократ провёл со своими учениками, и только Платон не пришёл с ним проститься из-за болезни.
Бог врачевания греческой мифологии Асклепий (у римлян — Эскулап) воскрешал даже мёртвых, но Сократ к своей просьбе ничего не добавил. Петуха обычно приносили в жертву богу медицины за выздоровление. Возможно, великий философ хотел отблагодарить Асклепия за исцеление души от злобного гнева за учинённую с ним несправедливость, от ненависти к своим обидчикам.
Можно расшифровать последние слова Сократа и как послание человечеству: принести в жертву богу врачевания крикливого, задиристого петуха, чтобы он исцелил души людей от сумасшествия самоуничтожения, жестокости «духовной спячки»…
Казнь, часть 1. Сократ.
Казни как особое явление в жизни общества существовали с древнейших времен.
В широком смысле слово «казнь» означает наказание; в таком смысле оно употреблялось в церковных книгах и древних юридических памятниках (например, в Уставе Ярослава о церковных судах). Позднейшие источники придают слову «казнь» более конкретный смысл: Царский судебник подразумевает под этим только лишение жизни (казнь смертная) и наказание кнутом (казнь торговая). Уложение царя Алексея Михайловича противопоставляет слова «казнь» и «наказание», разделяя все преступления на две категории: за одни положено «казнить смертью», за другие «чинить наказания». На протяжении уже многих столетий слово «казнь» употребляется исключительно в смысле казни смертной.
В истории права смертная казнь разделяется на простую (повешение, отсечение головы, расстрел, удавление, утопление, побиение камнями, отравление и пр.) и квалифицированную, сопряженную с особыми мучениями (четвертование, колесование, сожжение, залитие горла расплавленным металлом, потопление в мешке с собакой, кошкой, петухом и змеей, посажение на кол и др.
Отношение к философам в нашем мире всегда было неоднозначным. С одной стороны, признавалось, что эти люди – носители земной мудрости. С другой же – молчаливо подразумевалось, что не всякая мудрость нужна народу. Многие римские цезари, раздосадованные чрезмерным обилием в стране этаких «мудрецов», проводили самые настоящие «чистки», изгоняя философов за пределы «матери городов», но не рискуя, однако, повторить пример Афин, где впервые был казнен философ.
Речь идет о Сократе (470/469—399 гг. до н.э.).
«Я знаю только то, что ничего не знаю», – вот излюбленное выражение Сократа. Это значит, что, «как бы далеко я ни продвинулся в одиссеях мысли, я не успокаиваюсь на достигнутом, не обманываю себя иллюзией, что поймал жар-птицу истины».
Но Сократа сопровождала не только восторженная молодежь, но и взгляды, полные ненависти. Особенно возненавидели Сократа те из философов, которые искусство доказывать правое и неправое сделали своей профессией.
Сократ – величайший мудрец Древнего мира.
У порога смерти Сократ пророчествовал, что тотчас после его гибели постигнет афинян кара более тяжелая, чем та, которой его покарали. Юный ученик Сократа – Платон, присутствовавший на судебном процессе, испытал настолько сильное нравственное потрясение, что тяжело заболел. «Как жить дальше в обществе, которое карает за мудрость?» – этот вопрос встал перед Платоном во всей своей драматичности и породил другой вопрос: «Каким должно быть общество, построенное в полном соответствии с мудростью?»
По некоторым причинам казнь Сократа была отложена на 30 дней. Друзья уговаривали философа бежать, но он отказался.
Платон в диалоге «Федон» оставил нам описание смерти Сократа: «Последний день Сократа прошел в просветленных беседах о бессмертии души. Причем Сократ так оживленно обсуждал эту проблему, что тюремный прислужник несколько раз просил собеседников успокоиться: оживленный разговор, дескать, горячит, а всего, что горячит, Сократу следует избегать, иначе положенная порция яда не подействует и ему придется пить отраву дважды и даже трижды. Подобные напоминания лишь актуализировали тему беседы.
Подлинный философ должен провести земную жизнь не как попало, а в напряженной заботе о дарованной ему бессмертной душе.
Последний день Сократа клонился к закату. Настало время последних дел. Оставив друзей, Сократ удалился на омовение перед смертью. Подобное омовение имело ритуальный смысл и символизировало очищение тела от грехов земной жизни. После омовения Сократ попрощался с родными, дал им наставления и велел возвращаться домой.
Когда принесли цикуту в кубке, Сократ спросил у тюремного служителя: «Ну, милый друг, что мне следует делать?»
Служитель сказал, что содержимое кубка надо испить, затем ходить, пока не возникнет чувства тяжести в бедрах. После этого нужно лечь.
Мысленно совершив возлияние богам за удачное переселение души в иной мир, Сократ спокойно и легко выпил чашу до дна.
Друзья его заплакали, но Сократ попросил их успокоиться, напомнив, что умирать должно в благоговейном молчании.
Спасибо порталу: biika.studio
В дубликатах нашёл только данную картину без описания.
Как и за что казнили СОКРАТА
Многие римские кесари,
раздосадованные чрезмерным обилием в стране этаких «мудрецов», проводили
самые настоящие «чистки», изгоняя философов за пределы «матери
городов», но не рискуя, однако, повторить пример Афин, где впервые был
казнен философ.
Ведя речь о Сократе (470/469-399 до н. э.),
трудно удержаться от разговора о сущности сократической философии.
Однако постараемся насколько возможно удержаться от этого в рамках
нашего скромного труда.
Нам, жителям современного урбанистического мира, трудно понять, что же такого привлекательного (и тем более ненавистного).
Но
не будем забывать, что Сократа сопровождала не только восторженная
молодежь, но и взгляды, полные ненависти. Особенно возненавидели Сократа
те из софистов, которые искусство доказывать правое и неправое сделали
своей профессией. Кто покушается на самодовольство темных и пустых
людей, тот сначала человек беспокойный, потом нестерпимый и, наконец,
преступник, заслуживающий смерти. Первым полушутливым, полусерьезным
обвинением против Сократа явилась постановка в 423 году комедии
Аристофана «Облака», в которой Сократ изображается мастером «кривых
речей». В один из дней 399 года до н. э. жители Афин читали выставленный
для всеобщего обсуждения текст: «Это обвинение написал и клятвенно
засвидетельствовал Мелет, сын Мелета, пифеец, против Сократа, сына
Софраникса из дома Алопеки Сократ обвиняется в том, что он не признает
богов, которых признает город, и вводит других, новых богов. Обвиняется
он и в развращении молодежи. Требуемое наказание — смерть».
По некоторым причинам казнь Сократа была отложена на 30 дней. Друзья уговаривали философа бежать, но он отказался.
Платон
в диалоге «Федон» оставил нам описание смерти Сократа: «Последний день
Сократа прошел в просветленных беседах о бессмертии души. Причем Сократ
так оживленно обсуждал эту проблему, что тюремный прислужник несколько
раз просил собеседников успокоиться: оживленный разговор, дескать,
горячит, а всего, что горячит, Сократу следует избегать, иначе
положенная порция яда не подействует и ему придется пить отраву дважды и
даже трижды. Подобные напоминания лишь актуализировали тему беседы.
Когда принесли цикуту в кубке, Сократ спросил у тюремного служителя: «Ну, милый друг, что мне следует делать?»
Служитель
сказал, что содержимое кубка надо испить, затем ходить, пока не
возникнет чувства тяжести в бедрах. После этого нужно лечь. Мысленно
совершив возлияние богам за удачное переселение души в иной мир, Сократ
спокойно и легко выпил чашу до дна.
Друзья его заплакали, но Сократ попросил их успокоиться, напомнив, что умирать должно в благоговейном молчании.
Обед в Пританее. За что был казнен Сократ?
На одном конкурсе сочинений о Сократе победила 12-летняя девочка, написавшая самое короткое: «Сократ ходил среди людей и говорил им правду. За это его убили». Лучше, пожалуй, и не сказать в двух словах об этом босоногом старце, которого дельфийский оракул назвал «самым мудрым из смертных».
Родился он в 469 г. до н.э. в Афинах и умер там же в 399 г. до н.э., выпив по приговору суда чашу сока ядовитого растения цикуты. Отец его, небогатый ваятель-каменотес, не мог дать ему приличного образования, и откуда Сократ набрался своих знаний, восхищавших современников, неизвестно. Известно, что зимой и летом он ходил в одной одежде, хуже чем у иных рабов, часто босиком. Но популярность его была такова, что в 404 г. до н.э. правительство 30-и тиранов позвало его к себе на службу, однако он дерзко отказался от нее. Он порицал все формы правления: аристократию, плутократию, тиранию и демократию, – как одинаково лицемерные и несправедливые. Но считал, что произвол одного все же лучше произвола многих, а гражданин обязан соблюдать даже самые плохие законы его родины.
В молодости он отличился в трех военных походах, вынес с поля боя раненого товарища. Вошла в предание, как образец сварливости, его жена Ксантиппа, союз с которой поэт Мандельштам отметил так:
Встречает пьяного Сократа
Крылатой руганью жена.
Возможно, он впрямь часто приходил домой навеселе, больше всего любя бродить по городу и задавать всем, кому было не лень вступить с ним в беседу, свои знаменитые вопросы. Ну, а беседа и у древних греков была спутницей застолий и вина. За всю жизнь он не написал ничего, отпечатавшись, как Христос, в пересказах его речей его учениками – главное Платоном и Ксенофонтом.
Сократ считается основоположником диалектики и первым, кто глубоко вскопал вопрос о сущностях – общих понятиях для разных вещей. Например что есть само по себе «прекрасное», «дурное», «полезное» и так далее. Впрочем он сам, мастер образной и цепкой речи, никак не формулировал свою философскую задачу. Но как влекомый некой путеводной целью странник запытывал всех теми внешне простодушными, но исподволь коварными, даже исполненными подчас язвительной иронии вопросами. Чем самоуверенней был собеседник, тем хлеще обставлял его Сократ – и, загнав в тупик, еще как бы спохватывался: да это я вот такой дурень, что совсем сбил с толку человека!
Но за этим вроде смешным делом крылся обессмертивший Сократа метод, который он сравнивал с хлопотами повитухи, помогающей рождению ребенка. А целью его хлопот было выуживание из хаоса противоречий и недомыслий того, что он ставил выше всего в жизни – истины.
Но какую великую истину родил Сократ? Да никакой – кроме единственной, которую не уставал повторять: что знает только то, что ничего не знает. И этим-то лишь отличается от невежд, которые тоже ничего не знают, но думают, что все знают.
За что же тогда он так почитался уже при жизни – а посмертно был возведен чуть не в родоначальники науки философии? Формально – за его диалектический метод, позже оформленный в учение о единстве и борьбе противоположностей. А в сути – за воплощенный им образ мыслителя, имеющего смелость выйти за пределы всего ведомого, дабы постичь силой ума загадочный, бездонный мир – прежде всего мир человека. Его неистовая страсть непредвзято и дотошно судить обо всем на свете не обходила ни самые простые с виду, «детские» вопросы – ни самые парадоксальные и даже запретные, как, например, о сущности богов. Он первым из всех мыслителей возвел в систему такой взгляд, что истина – не некий богоданный абсолют, а совокупность противоречивых и даже взаимоисключающих на первый взгляд сторон.
Вот он, к примеру, пытается установить сущность такого понятия как мужество, спрашивая собеседника: «Мужество ли – не оставлять поле боя первым?» – «Конечно». – «А бежать от врага – трусость?» – «Разумеется». – «А если воин бежал с хитростью и с ее помощью победил врага?» Тут собеседник уже несколько смущается: как это он мог упустить такой подвох? И дальше от вопроса к вопросу, словно раздевая лист за листом кочан капусты, отсеивая всякое ложное или даже неточное суждение, Сократ стремится к сердцевине – и к чему приходит? Чаще всего никакого однозначного ответа в результате нет. Но мощный ум настойчивого босяка как бы продрал нас сквозь все противоречия предмета, заразил ощущением, что это продирание через наружную листву и есть путь к истине. Надо лишь, как бы внушает постоянно он, бесстрашно, не мигая, смотреть в глаза правде – или мраку, при неимении достаточного света.
Как у иных есть абсолютный музыкальный слух, у него был абсолютный слух на всякую неправду. И его заявление о собственном незнании не было скорей всего ни нарочитым парадоксом, ни кокетством. Похоже, он имел в душе какой-то неизреченный образ истины, понимая, что в современном ему мире нет возможности ее изречь. Потому главным образом неутомимо отметал прочь все неистинное – и отрицаний в его беседах куда больше, чем утверждений.
Отсюда же, видимо, происходят и два его самые загадочные для современников признания, за которые он и заплатил в итоге головой. Одно – что с каких-то пор в нем поселился некий внутренний голос или «демон», никогда не говоривший, что надо делать, но говоривший, чего делать не надо. Ну а второе – уже самое крамольное. Размышляя о делах тогдашних многочисленных богов, он заподозрил, что они действуют не сами по себе, но за ними стоит какой-то безымянный архибог.
Но при всем этом он строго держался и неких положительных начал. Все то же, вероятно, внутреннее чувство, ломавшее все шаблоны отвлеченного суждения, заставляло его возводить гражданскую добродетель в высшее человеческое качество. И удивительно перекликаясь вновь с Христом, он за 4 века до Христа изрек одну из его главных установок – что для всякого гораздо лучше терпеть зло, чем творить его. Но попутно впал в какое-то безумное для мудреца младенчество – сочтя, что если люди поймут, в чем добро, только ему и будут следовать!
Гражданский долг он стойко исполнял не только на войне. Сограждане запомнили его принципиальность на посту притана – члена совета Пританея, одного из властных заведений. В Пританее еще угощали изысканным обедом за казенный счет отличившихся в пользу отечества героев – например победителей на Олимпийских играх. И когда некто был осужден на казнь, несправедливо по мнению Сократа, он один из всех 50-и коллег-пританов громко выступил против.
Но даже современному ребенку уже, наверное, ясно, что такому правдоборцу с его неукротимым словом и умом рано или поздно должно было не поздоровиться. Для аристократов он был вызывающим простолюдином, беспощадно побивавшим в публичных спорах их купленную за большие деньги образованность. Для демократов – распугивающим их улов и срывающим их продувные вывески разоблачителем. Кто-то даже сравнил его с электрическим скатом, который одним ударом лишает языка любого спорщика. Еще кого-то пугал его великий критицизм и полная отвязанность суждений…
Но так как даже 30 тиранов не решились открыто преследовать его за отказ служить им, сменившие их демократы завели против него тайную интригу. Считается, что руку к ней приложили и софисты, которых он высмеивал за бесцельную словесную эквилибристику. Но на них тогда возникла мода, они давали знатным юношам дорогостоящие уроки – а Сократ, учивший всех бесплатно, еще и подрывал их бизнес.
Плохую роль в его судьбе сыграл и знаменитый комедиограф Аристофан. Принадлежа к консервативной партии аграриев, он не делал различия между Сократом и софистами: и тот, и те были для него лишь вольнодумцами, попиравшими святую старину. В комедии «Облака» он вывел Сократа как раз в образе софиста, который сидит как сыч в своей «думальне» и учит молодежь не платить налоги и плевать на старших.
В итоге «группа товарищей» из демократов во главе с неким Анитом привлекла Сократа к суду по сфабрикованному, как называется сейчас, обвинению. Ему вменялось развращение юношества, отрицание отеческих богов и введение нового божества – «расстрельная» тогда статья. Правда, в гордившихся своей просвещенностью Афинах она практически не применялась – и суд над Сократом мыслился скорей как бутафорский, с целью лишь окоротить его, но не лишать жизни. Но старина Сократ, военный ветеран, не поклонившийся и былым 30-и тиранам, не дал выставить себя в шутовской роли.
Когда ему дали слово на суде, он, прежде весьма скромный в самооценках, изменил своему правилу и сказал примерно следующее. Все, что говорилось здесь против меня – вранье. И хоть все знают, что я могу затмить любого красноречием, сегодня к нему не прибегну и скажу одну правду. А она в том, что если есть в Афинах безупречный гражданин – это Сократ, герой трех войн, слуга отечества и истины, не развратитель, а воспитатель лучших мужей, чьи имена известны всем. И если хотите по обычаю услышать, чего я сам считаю достойным за мои деяния – это обед в Пританее. Тем паче что он мне нужней, чем победителям олимпиад: они не нуждаются в пропитании, а я нуждаюсь.
Судьи, ожидавшие просьбы о замене смертной казни изгнанием или хотя бы покаянием, взбеленились от столь дерзкой отповеди – и вопреки их первоначальному замыслу приговорили Сократа к смерти.
Для Афин, где никого еще так строго не карали всего за выразительное слово, это был беспримерный приговор. И когда первая ярость судей спала, они решили одну их подлость выправить другой – сказав друзьям Сократа, что если он захочет бежать из-под стражи, мешать ему не будут. Этой подробности скверного дела посвящен щемящий сердце диалог Платона «Критон». Критона, ученика Сократа, послали склонить учителя к побегу, на который уже скинулись богатые сограждане. Но не бегавший и от врага Сократ на доводы Критона, что достойнейший из афинян не должен быть казнен, ответил так.
Всю жизнь я проповедовал законопослушание и могу ли теперь позволить людям говорить, что это было лицемерием, которое вскрылось, едва дело коснулось моей жизни? Разве моим детям будет лучше, если я сгину с бесчестьем на чужбине? Я уже стар, все равно скоро умирать, так лучше умру с честью! Предчувствие мне говорит, что моих судей покарает рок, а мое имя будет в славе.
Еще широко разошлась в Афинах и в веках такая деталь. Другой ученик Сократа, Аполлодор, придя простится с учителем, горько сокрушился: «Особенно тяжело мне оттого, что ты осужден несправедливо!» На что Сократ ответил: «А разве тебе было бы легче, если бы меня осудили справедливо?»
Последним его желанием было самому обмыться перед смертью, чтобы потом не пришлось возиться с ним другим. Он выпил, как заздравный кубок, чашу с ядом, лег и умер. Афиняне, до самого конца не верившие в казнь Сократа, пришли задним числом в такой гнев против его обвинителей, что те в страхе бежали из Афин – подтвердив тем предсмертное пророчество философа.
Показательно, что христианство, довольно плохо относившееся к античному языческому миру, выделило из него Сократа как предвестника Христа – за догадку о том архибоге. И в ранних христианских храмах Сократ даже изображался на иконах.
Но за что все же, если отрешиться от деталей, был убит этот гремучий праведник? Я думаю, лучше всего на это ответил он же сам его диалектическим посылом. Такие личности, служившие посмертно славе их народов, при жизни именно их совершенством досаждали власти, сложенной так или иначе из несовершенного большинства. И потому на таких светочей как Сократ, Христос, Джордано Бруно, протопоп Аввакум всегда находились такие казнители как афинский суд, синедрион, святая инквизиция, РПЦ. Причем последние казнили осужденных ими уже именем казненного Христа.
Диалектика Сократа, ушедшая за рамки его времени, пожалуй, объясняет и такой необъяснимый ныне парадокс. Жестокий сталинский режим породил у нас именно культ личности – когда могучих личностей было невообразимое сейчас число. Композиторы Прокофьев и Шостакович, писатели Шолохов, Булгаков и Пастернак, конструкторы Туполев, Яковлев, Ильюшин, Лавочкин, ученые Капица, Ландау, Курчатов – и этот список можно бесконечно продолжать. По нынешней метафизической трактовке все они произошли «вопреки» – но почему-то в наше «свободное время» не происходит ничего подобного. Не пахнет и подобием свершений той обруганной поры, и последние обломки того великого «вопреки»-авиастроения – Ту-204 и Ил-96 – угроблены благодаря текущему «благодаря».
То есть вся наша внешняя свобода парадоксальным, но уловленным еще Сократом образом обернулась круговым зажимом, убившим весь наш творческий порыв. И это лишний раз доказывает, что вид снаружи может быть полной противоположностью сокрытой под ним сути.
При тирании Сократ выжил, а при демократах был казнен – и всей своей жизнью и смертью дал нам на 24 века вперед повод задуматься о выведенных им на личной шкуре парадоксах бытия!