За что отстранили генича
«Генича в заложники взял Орлов». Как болельщики отреагировали на работу Константина Генича
Журналист открыто радовался голам «Зенита».
Оказывается, подавляющему большинству телезрителей «Матч ТВ» не понравился репортаж Константина. Болельщики обвинили Генича в открытой поддержке «Зенита». Телезрители хотели бы видеть на матчах нейтральных комментаторов, а не тех, кто по три раза выкрикивает название команды после гола и отпускает неприятные шутки про соперников. Собрали цензурные комментарии о работе Константина.
Не понимаю чем люди недовольны. Искренне)
@g3J95okV7Ns2lm2: «Не имею принадлежности к любому клубу РПЛ, но смотрю матчи топов уже и не знаю зачем. Ваш комментарий сегодня, отбил желание продолжать! Хоть и имею канал матч-премьер на шару, но больше это смотреть не буду. Спасибо за освоблждение! Зенит с уверенной победой!».
@adru2706: «Константин, можете блокировать и меня. Ничего не потеряю. Но помните ситуацию со Шмурновым, когда его на месяц отстранил Матч ТВ от комментаторства. Считаете ли Вы, что вы должны понести такое же наказание? Если нет, то почему? Как оцениваете свои проф. качества в этом эфире?».
@strormwind: «Все было бы нормально, если бы не реакция на первый гол Дзюбы, ну реально это было как-то неприятно, понимаю что большинство кб было за Зенит сегодня, но так явно это демонстрировать это такое себе».
@Elengriz: «Матчи с Вашим комментаторством буду теперь смотреть без звука».
@RobotOleg: «Худшая работа комментатора, которую я когда либо слышал. Пересмотрите матч в записи, если «искренне» не понимаете почему».
@yura11182: «Всё таки нехорошо так комментировать. Не клубное же телевидение Зенит ТВ».
@AfanasievV: «Костя! За эту работу должно быть стыдно!».
@Grek882: «Я больше ваши эфиры смотреть не буду! Считал вас порядочным комментатором!
Комментатор должен быть справедлив».
@ForeplayOn: «Константин, вы на праздничный ужин с командой приглашены, я так понимаю?».
@xohsap: «Победа по делу, такое комментирование совсем не по делу, от визгов ЗЕНИИИИТ и дзюбиньи до сих пор не по себе. В общем могу вас, Константин, поздравить, второй человек после Черданцева, матчи с участием которого придётся смотреть без звука. Счастливо оставаться с газпром трубой».
@Nekit1224: «Константин, небольшой недочет по вашей работе в матче. После гола, ваше троекратное: «ЗЕНИТ ЗЕНИТ ЗЕНИИИИТ» должно было заканчиваться фразой «славься навеки, самый сильный клуб с Невы».
@Yuzaev: «Смотреть репортаж противно. Вылизывание и преклонение перед Газпромом на 146 процентов. Упали в моих глазах».
Александр Хворов: «Генича в заложники взял Орлов. Вот он и орал».
Орфография и пунктуация авторов сохранена.
«Не потерплю, чтобы 20-летний щенок мне что-то высказывал». Генич рассказал, как из-за него уволили тренера «Химок»
Комментатор «Матч ТВ» Константин Генич рассказал, как из-за него был уволен главный тренер «Химок» Александр Пискарев.
— Как-то у нас была домашняя игра с тульским «Арсеналом» в Химках. Это был очень тяжелый матч, но мы забили во втором тайме (разумеется, это сделал я) и повели 1:0. Мы играли в тот футбол, в который сейчас играет «Краснодар» — через пас, контроль, выходы. От такого футбола можно было действительно получать удовольствие, а я был неотъемлемой частью этого механизма, забивая много мячей. В какой-то момент игры с «Арсеналом» Пискарев на эмоциях стал кричать на меня, уже не помню по какой причине. А я в ответ закричал на него: «Чего ты орешь?». А так как на старом стадионе «Родина» все было очень близко, то наш диалог услышал VIP-сектор и болельщики. Все это сложилось не в самую приятную картину.
Естественно, наши с Пискаревым аргументы были подкреплены крепкой нецензурной бранью. В итоге меня сняли с игры. Казалось бы, 1:0, и у всех должно быть хорошее настроение, но Пискарев забежал в раздевалку с красным лицом и начал меня при всех отчитывать: «Да ты кто такой, щенок? Будешь еще огрызаться? Думаешь, кто-то тебя защитит? Да мне по***ть (все равно) на руководство, мэра, президента».
Я, конечно, стоял и обтекал, но это все слышала и раздевалка, и люди, которые находились рядом с ней. А эти люди имели непосредственное отношение к клубу. Ладно, тренер наехал на меня, но, когда стал говорить про президента и городское руководство — его на следующий же день вызвали на разговор в администрацию. Тогда президентом клуба был мэр города и Пискареву был задан вопрос:
— Вы говорили, что вам по***ть (все равно) на руководство, мэра, президента?
— Меня спровоцировал Генич.
— Ну как же спровоцировал? Игра закончилась, можно было выдохнуть. Вы же выиграли.
— Не потерплю, чтобы 20-летний щенок мне что-то высказывал.
Возможно, и я в тот момент был не прав. Может быть, не надо было огрызаться на эмоциональную подсказку тренера. Но когда его спросили: «Говорили про по***ть (все равно) на руководство, мэра, президента?» — «Да, говорил». — «Тогда получите расчёт. Вы больше в «Химках» не работаете».
Помощником Пискарева был Папаев, который в итоге стал главным тренером. Но в команде остался сын Пискарева, Андрей. И мне было очень некомфортно из-за всей этой ситуации — будто бы я спровоцировал увольнение его отца. Меня из руководства никто про это не спрашивал, а я никому не жаловался, просто все видели, что и как произошло. Плюс к Пискареву в верхушке клуба было неоднозначное отношение — так что его убрали с легкой душой.
Но его сын, оставшийся в команде, говорил мне: «Папа просто тебя проклинает, потому что ты лишил его работы». И Андрей прыгал на меня в подкатах на тренировках — летел чуть ли не в колено. Но со временем все это как-то ушло, потому что Папаев очень грамотно выстроил отношения внутри коллектива. Тем более был результат — мы обошли брянское «Динамо», играли стыковые матчи с «Северсталью» и в Кубке дошли 1/16 финала. Там мы уступили «Торпедо», но ранее обыграли «Балтику» в Калининграде — я забил два, а мы смотрелись действительно здорово.
Напомним, Генич выступал за «Химки» в 1999–2001 году. Хавбек забил 29 мячей в 84 играх.
Полную версию его воспоминаний о карьере в клубе читайте в материале «Матч ТВ».
19 июля подмосковная команда сыграет в полуфинале Кубка России против «Урала».
Константин Генич вспоминает свою карьеру в «Химках». Кража «Мерседеса» у Бышовца и еще пять топовых историй от легенды клуба
Бышовец просил почистить ковер за счет клуба и получил от администрации «не тот» «Мерседес»
«Химки» были давно, даже есть ощущение, что все это было в какой-то другой жизни. Это был конец лихих 90-х, когда все удачно складывалось для меня и для клуба.
Но чем слаще победа — тем больше желающих к ней примоститься. «Химки» тогда играли во второй лиге и ставили задачу по выходу в первый дивизион. В коллективе была очень хорошая атмосфера. Но когда мы решили эту задачу (пускай и не самостоятельно, а при помощи отказа «Северстали»), к команде начали присасываться люди со стороны.
Ни в коем случае не хочу обижать Анатолия Федоровича Бышовца, но, мне кажется, определенный надлом и трещинка внутри клуба образовалась именно при нем.
На тот момент Бышовец был без работы, ему, видимо, было скучно, плюс он имел очень хорошие отношения с руководством и администрацией Химок. Нашел к ним подход (как это Анатолий Федорович умеет) и сначала стал смотрящим, а затем — тренером, гендиректором и так далее. А я в тот момент стал для клуба «не жильцом», как бы ни пыжился и не старался. Увы, у нас не сложилось.
Одна из самых любопытных историй, связанных с Бышовцом в «Химках» произошла, когда у него был «глазастый» «Мерседес» Е-класса. Тюнингованный и красивый. Если мне не изменяет память — черного цвета.
Однажды этот «Мерседес» угнали. Причем именно на территории Химкинского района. Анатолий Федорович попросил администрацию помочь. Не знаю, какие люди вели розыск, но через два дня автомобиль был найден. Точно такой же, но другого цвета. Тоже тюнингованный и красивый. Бышовцу же дали ключи и сказали: «Ваша машина была точно такой же».
Другой занятный случай произошел с Анатолием Федоровичем, когда он приглашал к себе в гости руководство клуба. Начальника, директора команды и тренеров — он всех звал к себе, в свое поместье.
Разумеется, был накрыт стол, расставлены угощения. Это был такой тимбилдинг, только без футболистов. И, по-моему, начальник команды Игорь Торубаров случайно тогда пролил вино на ковер. Бышовец был спокоен: «Ничего страшного, не переживайте». А на следующий день приехал с этим ковром в клуб и попросил сделать химчистку за счет «Химок».
Но это уже — тот период, когда я от команды был, к сожалению, отстранен.
Как Бышовец убрал Генича: «Спасибо всем, но не Косте»
У Анатолия Федоровича есть такая черта, которую, думаю, многие запомнили по «Локомотиву». Когда он только пришел, то сразу не сработался с лидерами — Вадимом Евсеевым и Дмитрием Лоськовым. Он отправил их в «Сатурн».
Характерная черта Бышовца — он должен быть самым главным, авторитетом: все должны слушаться именно его. Когда он приходит в команду, где уже есть сложившееся коммьюнити и ведущие игроки, у которых хорошие отношения с руководством (а в «Химках» таким был я), то Анатолий Федорович старается этих людей поскорее отсечь.
Чтобы доказать, что не существует всего того, что было — есть только то, что сделал он.
Лично я никакого особого повода для подобного отношения к себе не давал. Но Бышовец ходил на каждую игру, все видел и поэтому сразу меня невзлюбил.
Когда тренером был Равиль Сабитов (с которым у меня были доверительные отношения), он мне говорил: «Я за тебя всегда, а вот Анатолий Федорович ходит и жалуется руководству». Хотя на самом деле — пойди разберись, как там было, и кто действительно был «за меня».
Как-то у нас в Химках был сбор, мы сыграли несколько товарищеских матчей. Все работали по полной программе, плюс была дана еще какая-то индивидуальная программа. Не помню уже — то ли я эту программу не сделал, то ли сделал неполноценно. Но после одной из игр, в которой я забил победный гол, у команды состоялось встреча, которая подытоживала сборы. Бышовец сказал: «Спасибо всем за работу, у всех всё хорошо. За исключением Генича и Баркалова — они этот сбор полностью провалили».
Бышовец при всех сказал мне, что «есть претензии по работе», хотя я прилично тренировался и играл, забивал в товарищеских матчах. Но он сказал, что «уровень моей работы и отношение к ней не понравились». Таким образом он дал понять, что я этой команде больше уже не смогу пригодиться. Хотя мне было всего 23.
Позднее, когда мы встречались с Анатолием Федоровичем, он, делая вид, будто все замечательно, говорил, что я в «Химках» отличался светлой головой и был важной персоной для становления клуба. Просто мне не хватало выносливости, резкости и дополнительной работы. Именно поэтому Бышовец считал, что я команде больше пользы уже не принесу.
Может быть, на тот момент он был и прав, но его методы приходились не всем по душе. Бышовец мог подойти к одному футболисту и сказать: «Я в тебя верю и буду строить команду через тебя». А потом добавить: «Только вот [условно] Генич тянет команду вниз. Он слишком заигрывает с руководством и дискредитирует атмосферу внутри коллектива».
И тот игрок, которому это сказали, кивал головой, потому что ему только что выразили доверие и симпатию.
Спустя какое-то время Бышовец подходил к [условному] Геничу и говорил: «Я в тебя верю, ты еще можешь прогрессировать. Но вот игрок, с которым я общался до тебя, не очень хорошо о тебе отзывается. Боюсь, внутри коллектива могут быть непростые моменты».
Такая внутриклубная манипуляция, разумеется, разрушала определенную химию в команде. А эта химия была просто замечательная, когда мы играли под руководством Виктора Евгеньевича Папаева в 2000 году. Потом уже, когда пробились в первый дивизион, а Папаев ушел и пришел Сабитов, стало похуже — начались проблемы.
Однажды Генич «уволил» тренера. Скандал, от которого «до сих пор кошки на душе скребут»
Как-то у нас была домашняя игра с тульским «Арсеналом» в Химках. Это был очень тяжелый матч, но мы забили во втором тайме (разумеется, это сделал я) и повели 1:0.
Тренером был и собирал команду в тот момент Александр Михайлович Пискарев. Команда была хорошая — Семакин, Ковардаев, Химич. Мы играли в тот футбол, в который сейчас играет «Краснодар» — через пас, контроль, выходы. От такого футбола можно было действительно получать удовольствие, а я был неотъемлемой частью этого механизма, забивая много мячей.
В какой-то момент игры с «Арсеналом» Пискарев на эмоциях стал кричать на меня, уже не помню по какой причине. А я в ответ закричал на него: «Чего ты орешь?». А так как на старом стадионе «Родина» все было очень близко, то наш диалог услышал VIP-сектор и болельщики. Все это сложилось не в самую приятную картину.
Естественно, наши с Пискаревым аргументы были подкреплены крепкой нецензурной бранью. В итоге меня сняли с игры.
Казалось бы, 1:0, и у всех должно быть хорошее настроение, но Пискарев забежал в раздевалку с красным лицом и начал меня при всех отчитывать: «Да ты кто такой, щенок? Будешь еще огрызаться? Думаешь, кто-то тебя защитит? Да мне по***ть (все равно) на руководство, мэра, президента».
Я, конечно, стоял и обтекал, но это все слышала и раздевалка, и люди, которые находились рядом с ней. А эти люди имели непосредственное отношение к клубу. Ладно, тренер наехал на меня, но, когда стал говорить про президента и городское руководство — его на следующий же день вызвали на разговор в администрацию.
Тогда президентом клуба был мэр города и Пискареву был задан вопрос:
— Вы говорили, что вам по***ть (все равно) на руководство, мэра, президента?
— Меня спровоцировал Генич.
— Ну как же спровоцировал? Игра закончилась, можно было выдохнуть. Вы же выиграли.
— Не потерплю, чтобы 20-летний щенок мне что-то высказывал.
Возможно, и я в тот момент был не прав. Может быть, не надо было огрызаться на эмоциональную подсказку тренера. Но когда его спросили: «Говорили про по***ть (все равно) на руководство, мэра, президента?» — «Да, говорил». — «Тогда получите расчёт. Вы больше в «Химках» не работаете».
Помощником Пискарева был Папаев, который в итоге стал главным тренером. Но в команде остался сын Пискарева, Андрей. И мне было очень некомфортно из-за всей этой ситуации — будто бы я спровоцировал увольнение его отца.
Меня из руководства никто про это не спрашивал, а я никому не жаловался, просто все видели, что и как произошло. Плюс к Пискареву в верхушке клуба было неоднозначное отношение — так что его убрали с легкой душой.
Но его сын, оставшийся в команде, говорил мне: «Папа просто тебя проклинает, потому что ты лишил его работы». И Андрей прыгал на меня в подкатах на тренировках — летел чуть ли не в колено. Но со временем все это как-то ушло, потому что Папаев очень грамотно выстроил отношения внутри коллектива. Тем более был результат — мы обошли брянское «Динамо», играли стыковые матчи с «Северсталью» и в Кубке дошли 1/16 финала. Там мы уступили «Торпедо», но ранее обыграли «Балтику» в Калининграде — я забил два, а мы смотрелись действительно здорово.
Генич мог стать легендой «Торпедо», но там сказали: «Зачем ты нужен, если у нас на лавке Семшов?»
После матча с «Балтикой» меня вызывают в администрацию мэра. Я, извиняюсь, слегка пересрал, думаю: «Опять кому-то что-то не то сказал?». Но — нет. Там были повышенные премиальные за «Балтику». Мне дали 200 долларов, а в 2000 году это — неплохие деньги.
Потом был слегка странный матч с «Торпедо» — мы пропустили в концовке, хотя играли весьма недурно. А по окончании того сезона мне поступило предложение от «Торпедо» и «Шинника».
«Шинник» сейчас возглавляет Александр Побегалов. Смешно, но 22 года назад в Ярославле работал он же. Мы встретились в гостинице «Юность» в Лужниках, поговорили, озвучили условия. «Шинник» предлагал очень хорошие деньги, у них была приличная банда, играющая в первом дивизионе, плюс звал сам Побегалов, что подкупало.
Но в «Химках» у меня в контракте была прописана квартира, которую обещал мэр за успешный сезон.
Побегалов сказал: «Даже не думай идти в премьер-лигу. Там ты играть не будешь, а у меня будешь 100%». Я сказал: «Александр Михалыч, я попробую. Мне слегка за 20, я бью копытом, хочется поиграть в вышке, тем более зовет «Торпедо», а там — Шевченко».
К слову, в тот год «Торпедо» заняло третье место, обыграв в скандальном матче «Анжи» в последнем туре. Ко мне был предметный интерес, встречались с руководством клуба, с Виталием Шевченко. Приятно было, что меня знали не только по Кубку, но и вообще по сезону в «Химках».
Побегалов меня предупреждал: «В «Торпедо» вряд ли получится. Там Кормильцев, Прокопенко, Семшов на замене». В итоге так и вышло: пробиться было тяжеловато, плюс «Химки» хотели за меня 100 тысяч долларов, что на тот момент — сумасшедшие деньги.
«Торпедо» решило, что не будет столько платить, и мне сказали: «Если сумеешь себе цену сбить, то сможем договориться». Но «Химки» встали в позу, да и я, может быть, где-то смалодушничал. В итоге — не договорились.
Я провел с «Торпедо» два сбора, Шевченко развел руками: «Я бы с удовольствием тебя взял, но клуб уже принял решение. У нас точно такой же, как ты, Семшов сидит в запасе. Зачем столько платить?»
Семшов позднее стал легендой «Торпедо». А так — глядишь, мог бы этой легендой стать я.
Возвращение в «Химки» из Израиля и «предел мерзости» Бышовца
После нашего разговора Шевченко обнадежил:
— Не переживай, найду тебе команду.
— Нет, есть хороший вариант — «Кубань».
Я поехал в «Кубань». Провел там сборы, но прямо там уволили тренера Александра Ирхина. А я уже успел с клубом подписать контракт.
Перед следующим сбором «Кубань» собиралась в Москве, а тренером назначили Олега Долматова. У меня с ним был разговор, и он заявил: «Я тебя не знаю. Да, у тебя была хорошая статистика в «Химках». Видел, что ты забил за «Кубань» на сборах почти 30 штрафных, но давай начнем с чистого листа. Следующий сбор — решающий».
До старта чемпионата оставалось всего-ничего и, представляете, мне, такой «химкинской звезде», говорят: «Ты должен пройти просмотр». Я отвечаю: «Ну о’кей».
Получилось так, что мы летели на сбор с «Кубанью», а в этом самолете оказалось руководство «Химок». И я прямо на борту договорился, чтобы меня взяли назад.
Когда мы прилетели в Турцию, получилось, конечно, не очень красиво. Все игроки «Кубани» шли в автобус, а я сел в машину к руководству «Химок» и уехал с ними.
Тогда «Химки» тренировал Петрушин. Конечно, он меня не ждал, но я заявил, что договорился с руководством. Он ответил: «Давай попробуем».
Но в итоге ничего из этого не вышло — моя история в подмосковном клубе закольцевалась с приходом Бышовца. Позднее был отъезд в Израиль, однако даже по возвращению оттуда я вновь пытался пробиться в «Химки».
У нас были предновогодние сборы неподалеку от Сочи. Я готовился, нанимал даже тренера по физподготовке, чтобы лучше себя проявить. Все было замечательно, меня готовы были брать, но потом сказали: «Мы хотим, а Анатолий Федорович — нет». Как говорится, нет предела человеческой мерзости.
Зато в «Химках» я отыграл матч первого дивизиона против «Амкара». После него один из знакомых подвел к Сергею Оборину, у которого я счастливо закончил свою профессиональную карьеру.
Как Генич вообще оказался в «Химках»? Начальник команды передал 4000$ наличными гендиректору «Вентспилса»
Начальником команды тогда был Игорь Торубаров, а Дмитрий Балашов (ныне — гендиректор тульского «Арсенала») был гендиректором «Химок». Это, кстати, он записывал в контракт ту квартиру, которую мне в итоге не дали.
Дело в том, что агента у меня на тот момент не было, а в договоре чисто юридически была неправильно произведена запись — «клуб обязуется предоставить в личное пользование однокомнатную квартиру в г. Химки». Но на языке юристов это не означает «даём Геничу однокомнатную квартиру». «Химки» же, когда я за них играл, мне снимали квартиру. Так что они как бы подстраховались, получилось: «однокомнатную квартиру снимали в личное пользование».
Торубаров, когда мы с ним встречаемся, часто вспоминает, как «Химки» меня забирали из «Вентспилса» и как он сам передавал 4000 долларов наличными гендиректору латвийского клуба.
Почему так вышло, я уже точно не помню. Но помню, что у меня был контракт с «Вентспилсом» на три года. Один год я отыграл мощно, но больше — за вторую команду. За первую играл меньше, потому что в Латвии тогда был лимит на легионеров.
В команде было пять грузин, трое россиян и один литовец. Разрешено было играть пяти или шести легионерам. Если грузины не играли, они сразу начинали «карнавал»: «Эй, биджо, почему я не в составе?»
Тренером тогда был легендарный советский футболист Сергей Боровский. Он мне «песни пел», что я ему напоминаю молодого Федора Черенкова. Хвалил за светлую голову, говорил, что мое время обязательно придет. Мне тогда действительно было 19 лет, а тренер все повторял: «Потерпи-потерпи».
Но кровь — горячая, голова — не на том месте. Так что где-то я сам больше виноват, что в Латвии не получилось.
Но должен отметить, что в городе Вентспилс пропорция мужского населения к женскому — 1:8. А я был молодым, с мелированной прической, с хорошей зарплатой, машину только купил. Короче, больше о девушках думал, а про футбол забыл.
Словом, после года в Латвии меня вызвал гендиректор и сказал: «Костя, все замечательно, ты нам очень нравишься, но такое ощущение, что ты приехал сюда не играть, а веселиться. Но повеселиться ты можешь и в Москве».
Мне это было очень обидно слышать, потому что я понимал, что он абсолютно прав. Я слишком завысил о себе мнение и считал это несправедливым — почему грузины играют, а я, воспитанник «Спартака», нет?
В то же время я считал, что перерос уровень второй команды. Поэтому, когда мне сказали: «Давай расстанемся по обоюдному согласию?». Я ответил: «Давайте».
Так в моей жизни появились «Химки».
19 июля. Полуфинал Кубка России. «Урал» — «Химки»
На ТВ: МАТЧ ТВ, МАТЧ ПРЕМЬЕР и Матч ПЛАНЕТА. Эфир стартует в 12:55 (на МАТЧ ПРЕМЬЕР — в 11:55), начало игры — в 13:00. Онлайн-трансляция доступна на сайте.
Скандал в студии из-за матча Хорватия — Россия: Ловчев возмутился игрой сборной и ушел с эфира
Сборная России проиграла Хорватии и лишилась возможности попасть на чемпионат мира-2022 напрямую: весной нас ждут стыковые матчи. По итогам встречи в Сплите многие болельщики остались разочарованы не только итоговым результатом, но и тем, как играла команда Карпина, — за полтора часа она так и не нанесла ни одного удара в створ.
Максимально недоволен действиями игроков сборной остался и эксперт «Матч Премьер» Евгений Ловчев. Ветеран «Спартака» в прямом эфире возмутился из-за поведения находившихся с ним в студии Константина Генича и Сергея Дурасова: они не считали, что сборная играет плохо.
«Вы же обманываете народ по большому счету, что у нас футбол нормальный. Да это говно редкое, понимаете? Вы считаете, это нормально? 67 процентов владения мячом, это нормально? У нас все-таки футбольная страна. Мне, честно говоря, стоит уйти отсюда, до свидания», — сказал Ловчев и ушел из эфира.
Но эмоциональный обмен мнениями все-таки не перерос в серьезный скандал. Вскоре Ловчев вернулся в эфир на телеканале «Матч ТВ». И уже объяснился:
«Команда играла, как говно, а они старались скрасить то, что мы все видели. Поэтому я просто встал и ушел. Правда, я потом был в эфире уже на «Матч ТВ». Там вывели в эфир Костю и я сказал: «Извини меня… Разница между мной и ребятами в одном: я когда-то полюбил футбол за то, что там забивают голы, что там люди соперничают между собой в ловкости и технике. А мне навязывают, что результат все спишет. Не так! Когда есть игра — результат все равно придет, а когда нет игры, результат когда-нибудь осчастливит, а потом уже не придет никогда», — сказал Ловчев в интервью «РБ».
Евгений Семенов, Sport24
А Константин Генич окончательно развеял сомнения:
«Каждому, кто в тот момент находился в студии, можно было дать «Оскар» или «ТЭФИ». Кому-то за главную роль, а кому-то — за роль второго плана. Все это была игра. Мы посмеялись, друг друга подбодрили и разошлись с улыбками. Все нормально. Тут надо сразу людям сказать — никакого скандала внутри студии не было. Просто дали эмоцию и подняли децибелы, это был хороший актерский ход», — объяснил комментатор «Матч ТВ».
В таком случае к стыковым играм в студии придется придумывать уже что-нибудь новое.