В четверг шестой недели после Пасхи (Куадзæн) повсеместно в Северной и Южной Осетии отмечался «Зæрдæвæрæн». Ежегодно в календарях этот поминальный день отмечается именно в это время. Поэтому в этом году «Зæрдæвæрæн» приходится на 9 июня. Часто в календарях бывают расхождения по некоторым праздникам, как, например, с блинными поминками «Лаузгæнæн», при этом этот день отсчитывается по лунному календарю, в то время как «Зæрдæвæрæн» всегда приходится на сороковой день после Пасхи. Обычно это май, но в этом году Пасха по времени запоздала, поэтому «Зæрдæвæрæн» перешёл на июнь.
В этом году с этим поминальным обрядом произошла очередная, но в этот раз существенная путаница. В Северной Осетии этот день отметили 26 мая, возможно, приняв за основу указание этнографа Цгоева Х.Ф., автора ряда работ, особенно «Æгъдау — царды мидис», которое было изложено в газете «Рæстдзинад».
В то же время сам автор в изданном им в 2005 г. словаре осетинской мифологии и быта «Арвы дуар» (Врата небесные) пишет: «Куадзæн (Комуадзæн) ссис чырыстон дины Чырыстиы райгасы бон… Умæй дыууиссæдз боны куы рацæуы, уæд та вæййы Зæрдæвæрæн. Алы хатт дар цыппæрæмы» — «Пасха-Куадзæн в христианстве стало днем воскресенья Христа… Через сорок дней от Пасхи бывает «Зæрдæвæрæн». Всегда в четверг».
После этих слов, при всём моём уважении к автору этих строк, хочу обратить внимание тех, кто занимается обычаями и традициями, с просьбой бережнее относиться к народу, ведь многие поверили уважаемому Х.Цгоеву и справили в Северной Осетии «Зæрдæвæрæн» именно 26 мая.
В «Историко-этимологическом словаре осетинского языка» В.И. Абаева лексема «Зæрдæвæрæн» определяется как «один из поминальных дней, приуроченный к христианскому празднику Вознесения».
Л.А. Чибиров видит корни рассматриваемого поминального обряда в православии с сохранением отдельных языческих элементов: «В четверг шестой недели после Пасхи (Куадзæн) повсеместно в Южной и Северной Осетии (за исключением мусульман) отмечался «Зæрдæвæрæн». Праздник соответствует христианскому Вознесению Господня и укоренился у осетин как день поминовения усопших. В этот день принято очищать, приводить в порядок могилы недавно умерших, обкладывать их дёрном.
Поминальный обряд «Зæрдæвæрæн» справляется в память исключительно тех усопших, которые умерли в течение календарного года — «ног мæрдтæ».
Один из первых этнографов-осетин А. Кануков в статье «Годовые праздники у осетин» пишет: «В день «Вознесения Господня» празднуется «Зæрдæвæрæн», — установление (успокоение) сердца. Праздник этот, как объявляют, посвящается мёртвым…
В осетинских текстах чаще встречается слово уæрыкк, означающее «барашек, ягнёнок», т.е. в обряде «Зæрдæвæрæн» в жертву приносился обязательно ягнёнок. «Прежде всего, — отмечает Л.А.Чибиров, — ягнёнок считался необходимой жертвой. Заклание животных — тугуадзын (букв. «пускание крови») — было обязательным элементом погребальной обрядности, считалось, что душа принесённого в жертву животного будет сопровождать душу покойного в загробный мир».
У ряда народов Средней Азии выявлены представления, что зарезанный для поминок баран помогает душе перейти через мост в царство мёртвых. Таджики считали, что если человек при жизни зарезал барана с богоугодной целью, на том свете баран перевезёт его на себе через мост, ведущий в рай.
В замечательной работе М.В. Дарчиевой «Вербальный код осетинского обрядового текста» (2012г) отдельная глава посвящается ритуалу и тексту поминального обряда Зæрдæвæрæн. «Обряд Зæрдæвæрæн, — пишет она, — в настоящее время справляется в Осетии в семьях, потерявших кого-либо из родных в течение календарного года. Обряд строится вокруг двух центральных обрядовых действий — заклания жертвенного животного и… также обкладывания могилы дёрном». Автором привлечены научные, литературные, фольклорные данные, а самое главное — богатый полевой материал.
Разночтение в сроках и, порой, даже в содержании традиционных обрядов приводит к путанице в сознании и действиях людей. Поэтому чаще надо обращаться по вопросам традиций и обрядов к специалистам по традиционной культуре и верованиям как Юга, так и Севера Осетии.
А.Кокоева, кандидат исторических наук, научный сотрудник ЮОНИИ
Касутæ – день шествия к воде – отмечали через две недели после Пасхи, устраивая общесельский кувд (см. Касутæ). Пиршество длилось до вечера. Люди возносили Богу молитвы, веселились, пели, танцевали. В конце застолья выбирали Фысыма – человека, ответственного за проведение следующего праздника, и посылали ему домой Кувæггаг.
Помимо этого в каждом доме делали традиционные три уæлибæха, варили кашу и несли все это в поле, к реке. В этот день девушки и молодые женщины водили молодых невесток к реке. Старшая из сопровождающих женщин возносила молитву, обращенную к Богу, просила, чтобы молодая была обильна чревом и чтобы род, в который она пришла, множился. Молились русалкам, чтобы они оберегали людей от бед и наводнений, чтобы не обделили молодую своей благодатью.
Из мужского населения женщин сопровождали только шафер и дружка.
Молодая невестка должна была принести в дом воды. Хозяйка дома (афсин) благодарила сопровождающих её: «Да будет вам благодать русалок, да покровительствует вам Донбеттыр и да будет ваша жизнь так же привольна, как воды, текущие к морю».
Праздник Касута в наше время почти забыт, хотя есть еще единичные села, отдельные фамилии, которые отмечают его.
Таранджелоз – один из древнейших осетинских праздников. Святилище Таранджелоз возникло одновременно со святилищами Реком и Мыкалгабырта на месте трех слезинок Бога, которые Он уронил по поводу смерти нарта Батрадза.
Таранджелоз – божество плодородия, его святилище находится в Трусовском ущелье, на вершине высокой горы. Праздник отмечают через три недели после Пасхи в воскресенье. Празднуют всей сельской общиной, хотя многие отмечают его в кругу семьи, близких, соседей.
В жертву Таранджелозу приносили барана или ягненка, причем кусарт делали в святилище. Заранее варили пиво, делали араку. Праздник длился несколько дней. Люди пели, танцевали. Молодежь устраивала скачки, демонстрируя свою ловкость и удаль. Старики, совершив определенный молитвенный ритуал, просили Таранджелоза о ниспослании благодати, тогда они никогда не будут нуждаться в хлебе и зерне.
Никкола – один из самых древних святых (см. Никкола). Имя его было известно еще аланам. В осетинской мифологии – это божество хлебных злаков, всего, что произрастает на земле для пользы человека. В представлении осетин он очень близок людям, хотя и живет на небесах. Он часто спускается на землю, вместе с косарями косит сено и, если понадобится, участвует и в других сельскохозяйственных работах.
С приходом весны перед пахотой в каждом селении приносили в жертву приобретенного на общественные деньги барана и просили Никколу ниспослать хорошую погоду, обильных покосов, урожая, здоровья и счастья жителям села.
Зæрдæвæрæн – день поминовения усопших в текущем году. О происхождении этого термина есть две точки зрения. Одни ученые считают, что термин «Зæрдæвæрæн» (букв. «класть сердце») произошел от следующего обычая. В этот день приносят в жертву барана или ягненка, посвящают его покойному, а сердце жертвенного животного закапывают у могилы, что свидетельствует о том, что родные помнят об ушедшем в мир иной, попрежнему считают его членом семьи.
Другие ученые убеждены, что термин произошел от дигорского слова «залда» – дерн. В этот день родственники приходят на могилу, приводят ее в порядок, обкладывают зеленым дерном (зардаваран – класть дерн).
В Зардаваран накрывается поминальный стол, приглашаются ближайшие родственники, соседи. Один из стариков посвящает приготовленные яства покойному, и все садятся за трапезу.
Женщины, взяв с собой четное количество пирогов, сладости, выпивку, мясо и др., идут на кладбище. Поплакав, погоревав, они посвящают принесенное покойному, а потом садятся за импровизированный поминальный «стол».
В статье использованы материалы книги Гастана Агнаева “Осетинские обычаи”. Выражаем огромную признательность автору а также всем, кто работал над этой очень полезной книгой и рекомендуем посетителям сайта приобрести ее в книжных магазинах Владикавказа. Уверены, что не пожалеете.
Я нашел этот снимок в американском журнале “National Geographic” за сентябрь 1996 г. На нем с.Нар, Северной Осетии, поминальный стол (хæрнæджы фынг) в день похорон Мулдара Хетагурова.
В первую субботу после Нового года рано утром семьи, потерявшие в течение года близких, разжигают перед домом костры. Соседи подходят к костру, бросают в него принесенные с собой поленья, говорят покойнику «рухсаг»*, высказывают пожелание, чтобы отныне долгие годы перед этим домом не разжигали таких костров.
Смысл праздника Артгананта заключается в том, что наступил самый холодный месяц зимы, и ушедший в мир иной должен получить свою долю тепла; костер, разожженный в память о нем, должен греть его так же, как греет собравшихся вокруг него.
*Рухсаг, рухсаг у — да будешь ты светел, да пребудешь ты в царстве света.
(букв, «сидение, бдение»)
Поминки для усопших в течение года — отмечают через неделю после Нового года в ночь с воскресенья на понедельник. Закалывают жертвенное животное, готовят выпивку, различные кушанья, сладости, покупают фрукты и овощи.
Раньше на Баданта покупали стол, стул, графин, которые посвящали покойнику. Набивали соломой одежду покойного и сажали за стол: якобы душа покойного прилетела домой и всю ночь наблюдает за людьми: что они делают, как живут, как реагируют на то, что его нет среди них. На рассвете душа вновь возвращалась в царство мертвых к Барастыру.
На Баданта мужчины среднего и старшего возраста зажигают свечи, посвящая покойному все, что выставле но на поминальном столе, женщины плачут, вспоминая покойного.
Мужчины группами обходят дома, где в течение года кто-то умер, зажигают принесенные с собой свечи и говорят покойному рухсаг.
Раньше, если умирал мужчина, семья, близкие родственники делали ему алам. Алам делали и на Зазхассан. Было очень престижно, если покойному делали несколько аламов. До сих пор говорят: «Это дерево подобно аламу», т.е. на нем так же много плодов, как на аламе сладостей. Алам так же посвящали покойному. Несколько всадников (в зависимости от количества аламов) везли их на кладбище. За всадниками бежали дети, подбирая упавшие сладости. На кладбище с аламов снимали оставшиеся сладости и раздавали детям, а аламы оставляли на могиле.
Этот обычай сохранился и до наших дней. И сегодня на Баданта делают кусарт, накрывают поминальный стол, мужчины обходят дома, где в течение года случились похороны, и зажигают свечи. Женщины идут на кладбище и посвящают покойному принесенные с собой яства.
Справляют в пятницу после Хорыбона, обычно во второй половине марта.. Это праздник, посвященный давно умершим людям.
По поверью, бытующему среди наших предков, в пятницу старые покойники бывают свободны, чего нельзя сказать о недавно умерших, которые боятся, что их место могут занять, и поэтому никуда не ходят. Старые же покойники отправляются повидать своих близких, семью. К их приходу тщательно прибирают, готовят разнообразную снедь, среди которой почетное место занимают оладьи и блины.
Вечером глава семьи посвящает покойному приготовленные яства, и все садятся за стол. Домочадцам кажется, что их некогда любимый член семьи тоже сидит за столом, ест, пьет, слушает разговоры, а на рассвете с первым дуновением ветерка отправляется в страну мертвых.
Правда, на этот счет есть и другое мнение. Поскольку Лауызганан приходится на Комбаттан, осетины, полагая, что покойники тоже постятся, накрывали им постный стол, на котором были блины, цакуыта (жареные кукурузные зерна), дзарна (вареная пшеница с фасолью), печеная и отварная картошка, картофджынта (пироги с начинкой из картошки), кадурджынта (пироги с начинкой из фасоли), лаками (пироги с начинкой из сладкого солода), рыба, арака, пиво, квас.
Кувагтаг — в данном случае первый бокал или рог с напитком.
(букв, «день несения елки, тиса или вербы»)
К празднику накрываются богатые столы, на ель или сосну вешают конфеты, орехи, различные фрукты. Ель (сосну) чаще наряжали для женщин-покойниц, для мужчин делали алам.
Алам посвящали покойному, и всадники, участвующие в скачках в память о покойном, провозили его по улицам, тряся в наиболее людных местах. Затем алам отвозили на кладбище.
Ель также отвозили на кладбище. Совершив обряд посвящения, раздавали нанизанное на ней женщинам, а ель оставляли у могилы.
В наше время алам уже не делают, но ель еще наряжают. Помимо этого из жердочек и проволоки делают подобие небольшого деревца, которое также обвешивают сладостями и фруктами. Называется это — цырагь.
Справляется через неделю после Пасхи. Ее еще называют Поминальной Пасхой. В этот день старики заходили в дома, где в истекшем году кто-то умер, и просили их прекратить соблюдать пост.
На Поминальную Пасху закалывали бычка или барана, накрывали столы, на которых обязательно должны были быть яйца. Иногда пасхальные поминки, сговариваясь, устраивали две-три семьи вместе.
Женщины, взяв приготовленную снедь, шли на кладбище, чтобы поплакать на могиле, посвятить принесенное покойнику.
Пасхальные поминки справляют и по сей день. Собираются соседи, ближайшие родственники, накрывают поминальный стол. Женщины, как и раньше, идут на кладбище, чтобы посвятить приготовленное покойному.
День поминовения усопших в текущем году. О происхождении этого термина есть две точки зрения. Одни ученые считают, что термин «Зардаваран» (букв, «класть сердце») произошел от следующего обычая. В этот день приносят в жертву барана или ягненка, посвящают его покойному, а сердце жертвенного животного закапывают у могилы, что свидетельствует о том, что родные помнят об ушедшем в мир иной, по-прежнему считают его членом семьи.
В Зардаваран накрывается поминальный стол, приглашаются ближайшие родственники, соседи. Один из стариков посвящает приготовленные яства покойному, и все садятся за трапезу.
Женщины, взяв с собой четное количество пирогов, сладости, выпивку, мясо и др., идут на кладбище. Поплакав, погоревав, они посвящают принесенное покойному, а потом садятся за импровизированный поминальный «стол».
День поминовения мертвых. Приходится на последнюю пятницу августа.
На поминальный стол ставят фрукты, овощи, выпивку, различные яства и посвящают покойнику. Приглашаются ближайшие родственники, соседи. Женщины идут на кладбище. Погоревав, поплакав, они посвящают принесенное покойнику, чтобы дары осени были и перед усопшими в раю, чтобы они получили свой «хай» (часть) на том свете.
В Осетии члены семьи никогда не занимаются похоронами. Это поручается кому-нибудь из наиболее ответственных и уважаемых стариков, уважаемых людей, который к тому же хорошо знает законы и обычаи. Его называют «Карты уынаффаганаг».
КАРТЫ УЫНАФФАГАНАГ и близкие намечают день похорон, решают, кого отправить карганаг, кто будет копать могилу, кто зарежет жертвенное животное, а кто будет отвечать за поминальные столы. Они же решают, кто будет открывать траурный митинг, кто скажет последнее «прощай» от имени соседей, односельчан и т.п.
КАРГАНАГ. Родственники и близкие покойного составляют списки лиц, которых нужно известить о смерти и вручают их карганагу. Иногородним посылаются телеграммы.
В наше время карганаг уже не обходит каждый дом, а сообщает скорбную весть кому-нибудь из наиболее близких родственников, который оповещает остальных. Многие пользуются услугами телевидения, дают объявления в газету, сообщают скорбную весть по телефону.
Оповещая о смерти, карганаг снимает шапку и говорит примерно следующее: – Пусть с сегодняшнего дня вам сообщают только добрые вести, но такой-то скончался. Похороны состоятся тогда-то там-то. Рухсаг уад! (Царство ему небесное!) Ему отвечают примерно так:
– Рухсаг уад! А ты с сегодняшнего дня сообщай только добрые вести. МАРДАХСАВАР. На поминальный стол ставят то, что приносят соседи (два пирога, арака), т.к. убитым горем родственникам не до этого. Мардахсавар готовят для тех, кто будет сидеть ночью у гроба покойного.
В день похорон у гроба покойного собирается много народа, поэтому его выносят во двор. Но прежде чем вынести гроб, покойнику посвящается два пирога: ведь сегодня он в последний раз «переступает» порог своего дома и отправляется в путь, из которого не возвращаются.
Гроб устанавливают так, чтобы лицо покойного было обращено на восток. Крышка гроба ставится с левой стороны.
Самая трудная работа приходится на долю могильщиков, поэтому им первыми приносят угощение с поминального стола, предварительно посвятив его (халар канын) покойному.
Человек, который принимает соболезнования от имени семьи и близких покойного, выходит навстречу пришедшим и говорит примерно следующее:
– Да будет вам Божья благодать! Чтоб отныне вы ходили только по добрым делам (цинты цаут). Пусть труд ваших ног, боль ваших душ помогут покойному по дороге в страну мертвых.
Выражающий соболезнование выступает на шаг вперед и говорит: – Покойный (называет имя) рухсаг уад! Да будет ему благодать мертвых, в чью страну он отправился. Пусть он с того света благодетельствует тем, кого оставил здесь. Чтобы вы тоже отныне участвовали только в хороших делах.
– В некоторых селах первыми соболезнование выражают марддзыгой, и только потом им отвечают от имени родственников покойного, которые обычно стоят так, чтобы к ним было легко подойти.
Выразив соболезнование, марддзыгой, если позволяет площадь и планировка двора, отходят в правую сторону, что говорит о том, что сердцем они рядом со скорбящей семьей.
Те, кому полагается по родству, а также близкие друзья покойного с плачем подходят к гробу, остальные ограничиваются соболезнованием.
Выражать соболезнование с палкой в руках, даже если человек хромает, не полагается.
Женщины из семьи покойного, а так же ближайшие родственницы стоят или сидят у гроба и плачут. Очень часто среди женщин, пришедших попрощаться с покойным, оказывается карагганаг ус, которая своими жалостливыми причитаниями заставляет плакать еще сильнее. Бывает так, что плакальщица сама потеряла кого-то из близких, поэтому плач ее бывает особенно искренним и проникновенным. Можно сказать, что среди пришедших на похороны не остается человека, который бы остался равнодушным к ее импровизации, не проникся бы сочувствием к судьбе покойного.
В Дигории есть села, где покойнику, если он был женатым, каиста приносят сиахсаггаг: целиком сваренного барана, выпивку, четыре пирога, шапку, покрывало на гроб, туфли и посвящают у гроба.
Когда умирает замужняя женщина, ей из цагата приносят платок. Мужчине от родственников жены полагается шапка.
В определенное время (около 14 часов) распорядитель похорон приглашает собравшихся подойти поближе, чтобы сказать прощальное слово покойнику.
Раньше музыкантов на похороны не приглашали. В настоящее время это тоже не является обязательным, а делается с согласия семьи покойного.
Человек, открывающий траурный митинг, говорит несколько общих фраз о покойном, а потом от имени соседей и односельчан предоставляет слово заранее намеченному человеку.
Затем выступает представитель фамилии, который благодарит марддзыгой и высказывает пожелание, чтобы отныне его фамилия приходила к собравшимся только на свадьбы и кувды, чтобы она платила свой долг, разделяя их счастье. Если в чьем-то доме есть больной, пусть выздоровеет, если кто-то из домочадцев отправился в дальнюю дорогу, пусть живым и здоровым возвращается в отчий дом. Они, марддзыгой, воздали почести их покойнику, так пусть живут в благополучии, пусть долгие годы у них никто не умирает.
После того как родные попрощались с покойным, несколько молодых людей выносят гроб.
После того как могилу засыпали землей, всех присутствующих приглашают вернуться в дом, который они покинули, чтобы сказать рухсаг покойному.
Пусть эти яства и напитки пойдут впрок тому, для кого были приготовлены в дорогу в страну мертвых. Рухсаг уад, да будет ему открыта дорога к райскому роднику, к его зеленым лугам. Да снизойдет на него благодать мертвых, к которым он идет. Да благодетельствует он фамилии и семье, которую оставил.
Пусть эти яства пойдут ему впрок, пусть поневоле ни с кем не делится ими. До тех пор, пока с гор катится камень, а на равнине крутится колесо, да будет стол перед ним все обильнее и обильнее. Чтобы яства летом не гнили, зимой не замерзали. Да будут одежды его чисты, а могила светла. Рухсаг у!
Когда старший произносит молитву, один из пирогов убирается и дальше все идет по этикету поминального стола.
За столом прислуживают молодые люди, которые заодно учатся у старших осетинским обычаям. Когда пьют рухсаг, им тоже предлагают выпить.
За поминальным столом пьют за Великого Бога, рухсаг покойному, за здоровье семьи, которую он оставил, за рухсаг тех мертвых, к которым он ушел, за здоровье пришедших на похороны, соседей и прислуживающих за столом и наконец, старший поручает покойного Мыкалгабырта мертвых и выражает пожелание, чтобы отныне его семья использовала свой баркад только на празднествах. Перед тем, как пустить последний paг (т.е. последний ряд), у жертвенного животного отрезают левое ухо, разрезают на две части, посыпают солью и кладут на голову (жертвенного животного).
Пить за все сказанное не обязательно. Если кто-либо из сидящих за столом не может употреблять крепкие напитки, он вправе заменить их по своему вкусу. На поминальный стол не принято ставить физонаг, базыг, ребра, фыдчин, нельзя подносить нуазанта. Пьют только сидя.
Фынджы хистар начинает поминальную речь примерно так: Рухсаг у. Ты ушел в вечный мир и пусть земля будет тебе пухом. Да будет тебе милость Барастыра. Да пойдет тебе впрок все, что тебе приготовили: и яства и напитки, чтобы они летом не гнили, зимой не замерзали. Много людей скорбело по тебе, и пусть эта скорбь тоже пойдет тебе впрок, благодетельствуй им с того света так же, как благодетельствовал на земле. Благодетельствуй (оттуда) своей семье, родным и близким, людям, пришедшим проводить тебя в последний путь. Рухсаг у.
Затем старший предлагает выпить за счастливую, долгую жизнь семьи покойного (бинонты царанбон).
Старший фамилии в сопровождении трех человек приходит поблагодарить людей, оставивших свои дела и пришедших разделить с ними скорбь и проститься с покойным. Им наливают бокалы и предлагают выпить за упокой души близкого человека. Это очень трудный и психологически ответственный момент: сердце еще не смирилось с потерей, ведь еще вчера он был жив, был рядом с ними.
Встав из-за стола, представители фамилии, родные и близкие, соседи покойного и марддзыгой встают у ворот друг против друга. Один из приезжих (по возможности старший) высказывает пожелание, чтобы отныне в семье покойного, у соседей никто не умирал, чтобы люди приходили к ним на свадебные торжества и кувды. Старший стола в свою очередь, благодарит приезжих и желает, чтобы они выходили из своих домов только по добрым делам.
В Осетии мужчины никогда не шли на тризну для того, чтобы поесть и выпить. Это считалось позором. За поминальный стол садились только приезжие из дальних сел и люди старшего возраста. Молодежь считала своим долгом прислуживать за столом и оказывать посильную помощь в поминальных работах.
Поминальные обряды можно разделить на общественные и семейные. К общественным относятся похороны, сороковины и годовщина. Все остальные поминки справляются в семейном кругу, приглашаются только ближайшие соседи.
Нельзя не упомянуть о том, что поминальные обряды требуют много средств, поэтому у осетин, издавна существует обычай оказания материальной помощи семье умершего. Деньги, собранные в день похорон (мардылавар), идут исключительно на устройство поминок, памятника и не могут быть использованы на другие семейные нужды. Во многих организациях принято брать на себя часть расходов на похороны сотрудника, что значительно облегчает жизнь семье покойного.
В наше время много людей гибнет в результате аварий и других несчастных случаев, и чтобы семьи погибшего и виновного (вольно или невольно) в его смерти не питали друг к другу вражды, доверенные, особо авторитетные старики мирят их.
Осетинский народ вправе гордиться своими традициями и обычаями, в том числе и похоронными. Ведь это очень хорошо, когда горе семьи покойного разделяют соседи и близкие, друзья, а часто даже совсем незнакомые люди. Этот обычай издавна живет в Осетии, и, смеем надеяться, будет жить и впредь.
