Зощенко и ахматова в чем обвинялись
«Подонки» советской литературы: как «забанили» Ахматову и Зощенко
14 августа 1946 года вышло Постановление Оргбюро ЦК ВКП (б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград». У советской интеллигенции оно вызвало шок даже не своим содержанием — к различным проработкам все давно привыкли, — а тоном и особой лексикой: там говорилось о «подонках литературы». Автор diletant. media Мария Молчанова разбиралась в перипетиях борьбы политических элит.
«Подонками и пошляками» были названы Михаил Зощенко и Анна Ахматова. Вообще, они стали жертвами политической интриги. При других обстоятельствах, вероятно, прозвучали бы другие фамилии. После войны в окружении Сталина шла серьёзная аппаратная борьба между ленинградской группировкой во главе с Андреем Ждановым и тандемом Маленков — Берия. На рубеже 1940−50-х годов эта борьба завершилась полным разгромом ждановцев. Жертвами репрессий стали все руководители Ленинграда, Ленинградской области, в том числе признанные героями блокадники; все «питерские» в высших эшелонах советской власти (единственным исключением был будущий премьер Алексей Косыгин, который тоже был снят со всех постов и почти год ждал ареста). Расстреляны были — смертную казнь, отмененную в 1947 году, специально вернули к «ленинградскому делу» — все выходцы из Ленинграда, оказавшиеся на партийной работе в крупных городах СССР. 
Андрей Александрович Жданов
Всего по делу проходило больше двух тысяч человек. Вероятно, такая судьба могла ожидать и самого Жданова, но до полного разгрома он не дожил и скончался раньше. В этой аппаратной борьбе важной вехой было Постановление ЦК о ленинградских журналах. Сталина крайне раздражали настроения свободомыслия, распространившиеся в советском обществе в результате победы над гитлеровской Германией. Многие считали, что после того, что пережила страна, уже не может быть возврата к довоенным порядкам.
Миллионы советских солдат, оказавшихся за границей, увидели, как живут люди в Европе — сытно и свободно. Появилось в среде интеллигенции даже понятие «новый декабризм» по аналогии с декабристским движением XIX века, одним из источников появления которого были заграничные походы русской армии 1813−1815 годов.
Париж — наш! Взятие русскими войсками Парижа по итогам Заграничного похода
Через 12 дней после постановления о ленинградских журналах вышло еще однопогромное Постановление ЦК «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению». 4 сентября — «О кинофильме «Большая жизнь». Суть постановления о репертуаре лучше всего выразил один из организаторов травли Зощенко и Ахматовой Константин Симонов в газете «Правда» в ноябре 1946 года: «Мы все упомянуты в постановлении, даже если там нет наших имён». То же самое Симонов мог сказать и о постановлении о журналах «Ленинград» и «Звезда».
13 апреля 1946 года Политбюро ЦК ВКП (б) приняло продиктованное самим Сталиным решение по вопросам работы Оргбюро и Секретариата ЦК ВКП (б). Секретарю ЦК Жданову и начальнику Агитпропа Александрову поручалось «представить предложения о мероприятиях по значительному улучшению руководства агитпропработой». 18 апреля Жданов собрал большое идеологической совещание, где ставил задачи своим подчинённым. Жданов говорил тогда: «Товарищ Сталин дал очень резкую критику нашим толстым журналам… Товарищ Сталин назвал как самый худший из толстых журналов «Новый мир» … самым лучшим товарищ Сталин считает журнал «Знамя», затем «Октябрь», «Звезда»… он указывал на целый ряд слабых произведений, указывал на то, что появилась «Дорога времени», затем «Под стенами Берлина» Иванова».
Текст постановления о журналах «Ленинград» и «Звезда»
Как видно из текста выступления главного партийного идеолога, «худшим» журналом Сталин считал на тот момент «Новый мир», которым руководил Александр Твардовский. А в качестве примеров «слабых» произведений Сталин назвал роман Всеволода Иванова «При взятии Берлина» (Жданов ошибся в названии), опубликованный в «Новом мире», и пьесу Григория Ягдфельда «Дорога времени», появившуюся в «лучшем» с его точки зрения журнале «Знамя». Ни Зощенко, ни Ахматова в докладе Жданова не упоминались. В критическом контексте не упоминались и ленинградские журналы.
Анна Ахматова и Борис Пастернак
И в записке Александрова, и затем в самом постановлении жёсткой критике подвергались очень близкие Жданову люди — П. С. Попков, Я. Ф. Капустин, П. Г. Лазутин. После смерти Жданова они были расстреляны как главные фигуранты «Ленинградского дела». Первым же пострадал секретарь Ленинградского горкома И. М. Широков, которого уволили с работы этим постановлением. Жданов сумел ответить Александрову. Он подверг критическому анализу (ему, разумеется, помогли) действительно слабую книгу своего заместителя «История западноевропейской философии», за которую в том же году Александров получил Сталинскую премию. Искусный аппаратчик, Жданов умело подставил начальника Агитпропа в рамках затеянной Сталиным дискуссии по вопросам философии. Сталин Жданова поддержал, и Александрова из ЦК уволили.
Жданов умело расставил акценты в самом постановлении и особенно во время идеологической кампании, начавшейся с его доклада о журналах «Звезда» и «Ленинград». Главными фигурантами стали не «плохие организаторы идеологической работы», как задумывал Александров, а сами герои постановления — писатели. В Ленинграде на тот момент крупнейшими литераторами были Анна Ахматова и Михаил Зощенко. Это были очень разные люди: Ахматова всегда оставалась «внутренней эмигранткой», а с советской властью она «сосуществовала».
Зощенко, напротив, считал себя советским человеком. Он глубоко верил в революционные идеалы, искренне считал, что, бичуя недостатки, помогает строить новое социалистическое общество. Ещё в самом начале литературного пути, работая в уголовном розыске, он принёс в студию при издательстве «Всемирная литература» свое, как ему казалось, серьёзное эссе про поэзию Александра Блока. Собравшимся его взялся читать Корней Чуковский, публика не могла удержаться от хохота, а сам Чуковский, утирая слёзы, произнёс: «Это невозможно! Этак вы уморите своих читателей. Пишите юмористические произведения…». Поэтому его произведения многие, особенно из партийной критики, воспринимали как злопыхательство. Не любил Зощенко и лично Сталин.
Михаил Михайлович Зощенко
В Ленинграде трудно было найти более удобную мишень для критики, чем абсолютно аполитичная Ахматова и Зощенко. В постановлении ЦК не называется ни одно «вредное» произведение Ахматовой. Про Зощенко же говорится, что «Звезда» в последнем номере опубликовала его перепечатанные рассказы для журнала «Мурзилка» «Приключения обезьяны».
Как травили Зощенко и Ахматову в 1946 году
Фотография 1923 года: Михаил Зощенко на вершине своей популярности. Зощенко перестали печатать в 1946 году, когда Жданов объявил его «подонком литературы».
Предоставление страниц «Звезды» таким пошлякам и подонкам литературы, как Зощенко, тем более недопустимо, что редакции «Звезды» хорошо известны физиономия Зощенко и недостойное поведение его во время войны, когда Зощенко, ничем не помогая советскому народу в его борьбе против немецких захватчиков, написал такую омерзительную вещь, как «Перед восходом солнца», оценка которой, как и оценка всего литературного «творчества» Зощенко, была дана на страницах журнала «Большевик». Журнал «Звезда» всячески популяризует также произведения писательницы Ахматовой, литературная и общественно-политическая физиономия которой давным-давно известна советской общественности. Ахматова является типичной представительницей чуждой нашему народу пустой, безыдейной поэзии. Ее стихотворения, пропитанные духом пессимизма и упадничества, выражающие вкусы старой салонной поэзиии, застывшей на позициях буржуазно-аристократического эстетства и декадентства — «искусства для искусства», не желающей идти в ногу со своим народом, наносят вред делу воспитания нашей молодежи и не могут быть терпимы в советской литературе.
Предоставление Зощенко и Ахматовой активной роли в журнале, несомненно, внесло элемент идейного разброда и дезорганизации в среду ленинградских писателей. В журнале стали появляться произведения, культивирующие несвойственный советским людям дух низкопоклонства перед современной буржуазной культурой Запада. Стали публиковаться произведения, проникнутые тоской, пессимизмом и разочарованием в жизни (стихи Садофьева и Комиссаровой в № 1 за 1946 г. и т.д.). Помещая эти произведения, редакция усугубила свои ошибки и еще более принизила идейный уровень журнала. Допустив проникновение в журнал чуждых в идейном отношении произведений, редакция понизила также требовательность к художественным качествам литературного материала. Журнал стал заполняться малохудожественными пьесами и рассказами («Дорога времени» Ягдфельда, «Лебединое озеро» Штейна и т.д.). Такая неразборчивость в отборе материалов привела к снижению художественного уровня журнала. ЦК отмечает, что особенно плохо ведется журнал «Ленинград», который постоянно предоставлял свои страницы для пошлых и клеветнических выступлений Зощенко, для пустых и аполитичных стихотворений Ахматовой. Как и редакция «Звезды», редакция журнала «Ленинград» допустила крупные ошибки, опубликовав ряд произведений, проникнутых духом низкопоклонства по отношению ко всему иностранному. Журнал напечатал ряд ошибочных произведений («Случай над Берлином» Варшавского и Реста, «На заставе» Слонимского). В стихах Хазина «Возвращение Онегина» под видом литературной пародии дана клевета на современный Ленинград.
В журнале «Ленинград» помещаются преимущественно бессодержательные, низкопробные литературные произведения. Как могло случиться, что журналы «Звезда» и «Ленинград», издающиеся в Ленинграде, городе-герое, известном своими передовыми революционными традициями, городе, всегда являвшемся рассадником передовых идей и передовой культуры, допустили протаскивание в журналы чуждой советской литературе безыдейности и аполитичности? В чем смысл ошибок редакций «Звезды» и «Ленинграда»? Руководящие работники журналов и, в первую очередь, их редакторы т.т. Саянов и Лихарев, забыли то положение ленинизма, что наши журналы, являются ли они научными и художественными, не могут быть аполитичными. Они забыли, что наши журналы являются могучим средством Советского государства в деле воспитания советских людей, и в особенности молодежи, и поэтому должны руководствоваться тем, что составляет жизненную основу советского строя, — его политикой. Советский строй не может терпеть воспитания молодежи в духе безразличия к советской политике, в духе наплевизма и безыдейности.
Сила советской литературы, самой передовой литературы в мире, состоит в том, что она является литературой, у которой нет и не может быть других интересов, кроме интересов народа, интересов государства. Задача советской литературы состоит в том, чтобы помочь государству правильно воспитывать молодежь, ответить на ее запросы, воспитать новое поколение бодрым, верящим в свое дело, не боящимся препятствий, готовым преодолеть всякие препятствия. Поэтому всякая проповедь безыдейности, аполитичности, «искусства для искусства» чужда советской литературе, вредна для интересов советского народа и государства и не должна иметь места в наших журналах. Недостаток идейности у руководящих работников «Звезды» и «Ленинграда» привел также к тому, что эти работники поставили в основу своих отношений с литераторами не интересы правильного воспитания советских людей и политического направления деятельности литераторов, а интересы личные, приятельские. Из-за нежелания портить приятельских отношений притуплялась критика. Из-за боязни обидеть приятелей пропускались в печать явно негодные произведения. Такого рода либерализм, при котором интересы народа и государства, интересы правильного воспитания нашей молодежи приносятся в жертву приятельским отношениям и при котором заглушается критика, приводит к тому, что писатели перестают совершенствоваться, утрачивают сознание своей ответственности перед народом, перед государством, перед партией, перестают двигаться
вперед.
Все вышеизложенное свидетельствует о том, что редакции журналов «Звезда» и «Ленинград» не справились с возложенным делом и допустили серьезные политические ошибки в руководстве журналами. ЦК устанавливает, что Правление Союза советских писателей и, в частности, его председатель т. Тихонов не приняли никаких мер к улучшению журналов «Звезда» и «Ленинград» и не только не вели борьбы с вредными влияниями Зощенко, Ахматовой и им подобных несоветских писателей на советскую литературу, но даже попустительствовали проникновению в журналы чуждых советской литературе тенденций и нравов. Ленинградский горком ВКП(б) проглядел крупнейшие ошибки журналов, устранился от руководства и предоставил возможность чуждым советской литературе людям, вроде Зощенко и Ахматовой, занять руководящее положение в журналах. Более того, зная отношение партии к Зощенко и его «творчеству», Ленинградский горком (т.т. Капустин и Широков), не имея на то права, утвердил решением горкома от 26.VI. с.г. новый состав редколлегии журнала «Звезда», в который был введен и Зощенко. Тем самым Ленинградский горком допустил грубую политическую ошибку. «Ленинградская правда» допустила ошибку, поместив подозрительную хвалебную рецензию Юрия Германа о творчестве Зощенко в номере от 6 июля с.г. Управление пропаганды ЦК ВКП(б) не обеспечило надлежащего контроля за работой ленинградских журналов.
ЦК ВКП(б) постановляет:
1. Обязать редакцию журнала «Звезда», Правление Союза Советских Писателей и Управление пропаганды ЦК ВКП(б)у принять меры к безусловному устранению указанных в настоящем постановлении ошибок и недостатков журнала, выправить линию журнала и обеспечить высокий идейный и художественный уровень журнала, прекратив доступ в журнал произведений Зощенко, Ахматовой и им подобных.
2. Ввиду того, что для издания двух литературно-художественных журналов в Ленинграде в настоящее время не имеется надлежащих условий, прекратить издание журнала «Ленинград», сосредоточив литературные силы Ленинграда вокруг журнала «Звезда».
3. В целях наведения надлежащего порядка в работе редакции журнала «Звезда» и серьезного улучшения содержания журнала иметь в журнале главного редактора и при нем редколлегию. Установить, что главный редактор журнала несет полную ответственность за идейно-политическое направление журнала и качество публикуемых в нем произведений.
4. Утвердить главным редактором журнала «Звезда» т. Еголина с сохранением за ним должности заместителя начальника Управления пропаганды ЦК ВКП(б).
5. Поручить Секретариату ЦК рассмотреть и утвердить состав редакторов отделов и редколлегии.
6. Отменить решение Ленинградского горкома от 26 июня с.г. о редколлегии журнала «Звезда» как политически ошибочное. Объявить выговор второму секретарю горкома тов. Капустину за принятие этого решения.
7. Снять с работы секретаря по пропаганде и заведующего отделом пропаганды и агитации Ленинградского горкома тов. Широкова, отозвав его в распоряжение ЦК ВКП(б).
8. Возложить партруководство журналом «Звезда» на Ленинградский обком. Обязать Ленинградский обком и лично первого секретаря Ленинградского обкома тов. Попкова принять все необходимые меры по улучшению журнала и по усилению идейно-политической работы среди писателей Ленинграда.
9. За плохое руководство журналом «Ленинград» объявить выговор тов. Лихареву Б.М.
10. Отмечая, что журнал «Звезда» выходит в свет со значительными опозданиями, оформляется крайне небрежно (обложка имеет неприглядный вид, не указывается месяц выхода очередного номера), обязать редакцию «Звезды» обеспечить своевременный выход журнала и улучшить его внешний вид.
11. Возложить на Управление пропаганды ЦК (т. Александрова) контроль за выполнением настоящего постановления ЦК.
12. Заслушать на Оргбюро ЦК через 3 месяца отчет главного редактора «Звезды» о выполнении постановления ЦК.
13. Командировать т. Жданова в Ленинград для разъяснения настоящего постановления ЦК ВКП(б).
Более подробно историю подготовки и принятия постановления ЦК ВКП(б) «О журналах “Звезда” и “Ленинград”» см.: Бабиченко Д.Л. Писатели и цензоры. Советская литература 1940-х годов под политическим контролем ЦК. М., 1994 (гл. III. Послевоенное усмирение. 1946).
Вслед за постановлением Оргбюро ЦК Главлит издал 27 августа 1946 г. секретный приказ об изъятии из книготорговой сети и библиотек общего пользования трех книг М.М. Зощенко, включая его «Избранные произведения, 1923—1945 гг.» (Л., 1946), а также о приостановке производства и распространения двух книг A.A. Ахматовой: «Стихотворения 1909—1945 гг.» и «Избранные стихи, 1910—1946 гг.» (История советской политической цензуры: Документы и комментарии. М., 1997. С. 508).
Во времена Перестройки 20 октября 1988 г. ЦК КПСС принял документ «О постановлении ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 года «О журналах “Звезда” и “Ленинград”», в котором говорилось: «Рассмотрев обращения в ЦК КПСС Союза писателей СССР (т. Маркова Г.М.) и Ленинградского обкома КПСС (т. Соловьева Ю.Ф.) об отмене постановления ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 года «О журналах “Звезда” и “Ленинград”», ЦК КПСС отмечает, что в указанном постановлении ЦК ВКП(б) были искажены ленинские принципы работы с художественной интеллигенцией, необоснованной, грубой проработке подверглись видные советские писатели. Проводимая партией в условиях революционной перестройки политика в области литературы и искусства практически дезавуировала и преодолела эти положения и выводы, доброе имя писателей восстановлено, а их произведения возвращены советскому читателю. ЦК КПСС постановляет: Постановление ЦК ВКП(б) «О журналах “Звезда” и “Ленинград”» отменить как ошибочное» (Известия ЦК КПСС. 1989. № 1. С.45).
Новое в блогах
За что Зощенко и Ахматову назвали «подонками»?
14 августа 1946 года вышло Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград». У советской интеллигенции оно вызвало шок.
«Подонками и пошляками» были названы Михаил Зощенко и Анна Ахматова. Вообще, они стали жертвами политической интриги. После войны в окружении Сталина шла серьёзная аппаратная борьба между ленинградской группировкой во главе с Андреем Ждановым и тандемом Маленков — Берия. На рубеже 1940−50-х годов эта борьба завершилась полным разгромом ждановцев. Жертвами репрессий стали все руководители Ленинграда, Ленинградской области, в том числе признанные героями блокадники; все «питерские» в высших эшелонах советской власти.
Андрей Александрович Жданов. Источник: wikipedia.org
В этой аппаратной борьбе важной вехой было Постановление ЦК о ленинградских журналах. Сталина крайне раздражали настроения свободомыслия, распространившиеся в советском обществе в результате победы над гитлеровской Германией.
Миллионы советских солдат, оказавшихся за границей, увидели, как живут люди в Европе — сытно и свободно. Появилось в среде интеллигенции даже понятие «новый декабризм» по аналогии с декабристским движением XIX века, одним из источников появления которого были заграничные походы русской армии 1813−1815 годов.
Взятие русскими войсками Парижа по итогам Заграничного похода. Источник: wikipedia.org
13 апреля 1946 года Политбюро ЦК ВКП (б) приняло продиктованное самим Сталиным решение по вопросам работы Оргбюро и Секретариата ЦК ВКП (б). Секретарю ЦК Жданову и начальнику Агитпропа Александрову поручалось «представить предложения о мероприятиях по значительному улучшению руководства агитпропработой».
Текст постановления о журналах «Звезда» и «Ленинград». Источник: wikipedia.org
Анна Ахматова и Борис Пастернак. Источник: wikipedia.org
Главными фигурантами стали не «плохие организаторы идеологической работы», как задумывал Александров, а сами герои постановления — писатели. В Ленинграде на тот момент крупнейшими литераторами были Анна Ахматова и Михаил Зощенко. Это были очень разные люди: Ахматова всегда оставалась «внутренней эмигранткой», а с советской властью она «сосуществовала».
Зощенко, напротив, считал себя советским человеком. Он глубоко верил в революционные идеалы, искренне считал, что, бичуя недостатки, помогает строить новое социалистическое общество.
Михаил Зощенко. Источник: wikipedia.org
«Подонки» советской литературы
14 августа 1946 года вышло Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград». У советской интеллигенции оно вызвало шок.
«Подонками и пошляками» были названы Михаил Зощенко и Анна Ахматова. Вообще, они стали жертвами политической интриги. При других обстоятельствах, вероятно, прозвучали бы другие фамилии. После войны в окружении Сталина шла серьёзная аппаратная борьба между ленинградской группировкой во главе с Андреем Ждановым и тандемом Маленков — Берия. На рубеже 1940−50-х годов эта борьба завершилась полным разгромом ждановцев. Жертвами репрессий стали все руководители Ленинграда, Ленинградской области, в том числе признанные героями блокадники; все «питерские» в высших эшелонах советской власти (единственным исключением был будущий премьер Алексей Косыгин, который тоже был снят со всех постов и почти год ждал ареста). Расстреляны были — смертную казнь, отмененную в 1947 году, специально вернули к «ленинградскому делу» — все выходцы из Ленинграда, оказавшиеся на партийной работе в крупных городах СССР.
Всего по делу проходило больше двух тысяч человек. Вероятно, такая судьба могла ожидать и самого Жданова, но до полного разгрома он не дожил и скончался раньше. В этой аппаратной борьбе важной вехой было Постановление ЦК о ленинградских журналах. Сталина крайне раздражали настроения свободомыслия, распространившиеся в советском обществе в результате победы над гитлеровской Германией. Многие считали, что после того, что пережила страна, уже не может быть возврата к довоенным порядкам.
Миллионы советских солдат, оказавшихся за границей, увидели, как живут люди в Европе — сытно и свободно. Появилось в среде интеллигенции даже понятие «новый декабризм» по аналогии с декабристским движением XIX века, одним из источников появления которого были заграничные походы русской армии 1813−1815 годов.
Через 12 дней после постановления о ленинградских журналах вышло еще одно погромное Постановление ЦК «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению». 4 сентября — «О кинофильме «Большая жизнь». Суть постановления о репертуаре лучше всего выразил один из организаторов травли Зощенко и Ахматовой Константин Симонов в газете «Правда» в ноябре 1946 года: «Мы все упомянуты в постановлении, даже если там нет наших имён». То же самое Симонов мог сказать и о постановлении о журналах «Ленинград» и «Звезда».
13 апреля 1946 года Политбюро ЦК ВКП (б) приняло продиктованное самим Сталиным решение по вопросам работы Оргбюро и Секретариата ЦК ВКП (б). Секретарю ЦК Жданову и начальнику Агитпропа Александрову поручалось «представить предложения о мероприятиях по значительному улучшению руководства агитпропработой». 18 апреля Жданов собрал большое идеологической совещание, где ставил задачи своим подчинённым. Жданов говорил тогда: «Товарищ Сталин дал очень резкую критику нашим толстым журналам… Товарищ Сталин назвал как самый худший из толстых журналов «Новый мир» … самым лучшим товарищ Сталин считает журнал «Знамя», затем «Октябрь», «Звезда»… он указывал на целый ряд слабых произведений, указывал на то, что появилась «Дорога времени», затем «Под стенами Берлина» Иванова».
Как видно из текста выступления главного партийного идеолога, «худшим» журналом Сталин считал на тот момент «Новый мир», которым руководил Александр Твардовский. А в качестве примеров «слабых» произведений Сталин назвал роман Всеволода Иванова «При взятии Берлина» (Жданов ошибся в названии), опубликованный в «Новом мире», и пьесу Григория Ягдфельда «Дорога времени», появившуюся в «лучшем» с его точки зрения журнале «Знамя». Ни Зощенко, ни Ахматова в докладе Жданова не упоминались. В критическом контексте не упоминались и ленинградские журналы.
И в записке Александрова, и затем в самом постановлении жёсткой критике подвергались очень близкие Жданову люди — П. С. Попков, Я. Ф. Капустин, П. Г. Лазутин. После смерти Жданова они были расстреляны как главные фигуранты «Ленинградского дела». Первым же пострадал секретарь Ленинградского горкома И. М. Широков, которого уволили с работы этим постановлением. Жданов сумел ответить Александрову. Он подверг критическому анализу (ему, разумеется, помогли) действительно слабую книгу своего заместителя «История западноевропейской философии», за которую в том же году Александров получил Сталинскую премию. Искусный аппаратчик, Жданов умело подставил начальника Агитпропа в рамках затеянной Сталиным дискуссии по вопросам философии. Сталин Жданова поддержал, и Александрова из ЦК уволили.
Жданов умело расставил акценты в самом постановлении и особенно во время идеологической кампании, начавшейся с его доклада о журналах «Звезда» и «Ленинград». Главными фигурантами стали не «плохие организаторы идеологической работы», как задумывал Александров, а сами герои постановления — писатели. В Ленинграде на тот момент крупнейшими литераторами были Анна Ахматова и Михаил Зощенко. Это были очень разные люди: Ахматова всегда оставалась «внутренней эмигранткой», а с советской властью она «сосуществовала».
Зощенко, напротив, считал себя советским человеком. Он глубоко верил в революционные идеалы, искренне считал, что, бичуя недостатки, помогает строить новое социалистическое общество. Ещё в самом начале литературного пути, работая в уголовном розыске, он принёс в студию при издательстве «Всемирная литература» свое, как ему казалось, серьёзное эссе про поэзию Александра Блока. Собравшимся его взялся читать Корней Чуковский, публика не могла удержаться от хохота, а сам Чуковский, утирая слёзы, произнёс: «Это невозможно! Этак вы уморите своих читателей. Пишите юмористические произведения…». Поэтому его произведения многие, особенно из партийной критики, воспринимали как злопыхательство. Не любил Зощенко и лично Сталин.
В Ленинграде трудно было найти более удобную мишень для критики, чем абсолютно аполитичная Ахматова и Зощенко. В постановлении ЦК не называется ни одно «вредное» произведение Ахматовой. Про Зощенко же говорится, что «Звезда» в последнем номере опубликовала его перепечатанные рассказы для журнала «Мурзилка» «Приключения обезьяны».
