За что цуркан посадили
«Арсенал летающей табуретки», или Как обвинение запросило 18 лет для Карины Цуркан
Лента новостей
Все новости »
Почти максимальное наказание, предусмотренное за шпионаж, запросило обвинение для бывшего члена правления «Интер РАО». Защита утверждает, что «в пух и прах» разбила четыре доказательства обвинения. Какие доводы были у сторон?
Почти максимальный срок — 18 лет лишения свободы — потребовало назначить гособвинение для бывшего топ-менеджера компании «Интер РАО» Карины Цуркан. В ходе прений сторон в Мосгорсуде прокурор Борис Локтионов заявил, что считает доказанной вину подсудимой в шпионаже (статья 276 УК РФ) в пользу Молдавии. В свою очередь адвокаты просили ее оправдать, сказав, что прокуратура выступила «с арсеналом летающей табуретки».
Несмотря на то что в деле участвуют три прокурора, миссию выступить в прениях сторон взял на себя самый опытный в команде гособвинителей прокурор Борис Локтионов. Он известен участием в целом ряде громких процессов. Так, именно он добился обвинительного приговора в 13 лет лишения свободы для бывшего высокопоставленного сотрудника Следственного комитета России Михаила Максименко, а также длительных сроков для банды «брянских волков». Локтионов в разгар процесса сменил ушедшую в отставку не менее опытную коллегу из Генпрокуратуры Амалию Устаеву. Она отправила пожизненно в колонию майора Дениса Евсюкова, а также добилась сурового наказания для генерала МВД Дениса Сугробова. С учетом того, что процесс не обещал быть долгим, защита подсудимой ранее предположила, что Устаева не захотела поддерживать несостоятельное обвинение против «невиновного человека».
Выступление Бориса Локтионова перед тройкой судей уложилось в десять минут. Он заявил, что собранные по делу доказательства подтверждают вину Карины Цуркан в шпионаже (ст. 276 УК РФ), за который закон предусматривает от десяти до 20 лет колонии. Он назвал Цуркан «врагом государства» и потребовал для нее 18 лет лишения свободы. Поскольку для женщин в России не предусмотрен строгий режим, обвинитель предложил отправить ее отбывать срок в колонию общего режима.
Секретные сведения о поставках электроэнергии
Член правления «Интер РАО» 42-летняя Карина Цуркан была арестована 15 июня 2018 года. Вскоре совет директоров компании прекратил полномочия Цуркан.
После полутора лет нахождения в СИЗО Первый апелляционный суд 16 января 2020 года освободил ее под запрет определенных действий из-за нарушений, допущенных на следствии. Но после 23 дней свободы Второй кассационный суд вернул ее в «Лефортово».
Доказательства обвинения и аргументы защиты
Именно он добыл два ключевых доказательства: анкету агента и донесения. Впрочем, в суде представитель спецслужбы заявил, что вся информация была получена им в ходе разведдеятельности, и отказался раскрыть источники.
Стоит отметить, что защита не раз подвергала критике анкету агента СИБ Молдавии. По словам адвокатов, документ был составлен в 2004 году на молдавском языке с грамматическими ошибками, что подтвердил приглашенный защитой переводчик. Бланк анкеты агента адвокаты смогли найти в интернете, а изложенная в ней информация была взята из документов разных лет. Так, например, фотография в «анкете агента» была взята из биометрического паспорта Карины Цуркан спустя четыре года после составления анкеты. Там же было указано место регистрации, которое появилось в 2011 году, и образование, которое она получила в 2015 году. Защита разыскала бывшего сотрудника молдавской разведки Александра Папеску, который якобы заполнял данную анкету. В его допросе Мосгорсуд защите отказал. Однако адвокаты смогли приобщить протокол его опроса, в котором Папеску заявил, что много лет не работает в СИБ Молдавии, находится на пенсии и Карина Цуркан ему не знакома.
Что же касается злополучного письма Минэнерго, то, как указали адвокаты, нельзя считать, что оно составляет гостайну, поскольку в тот период оно было опубликовано в СМИ. Защита отмечала, что в материалах дела есть три донесения спецслужбы Молдавии с одной из организаций стран НАТО, расположенной в Румынии. Они были составлены якобы на основе информации, добытой Кариной Цуркан, и буквально дословно повторяли три секретных письма Минэнерго, одно из которых и было признано составляющим гостайну. Эти донесения нельзя было составить, не изучив писем министерства, сделал заключение лингвист по ходатайству защиты. Он же подтвердил это и в ходе допроса в суде. Кроме того, суд истребовал из Минэнерго данные о всех лицах, которые знакомились с секретными письмами. Карина Цуркан в их число не входила. Интересен также тот факт, что в деле речь идет о переписке в 2015 году, тогда как получатель донесений — вышеназванная организация стран НАТО — была создана лишь летом 2016 года.
Иван Павлов считает, что защита «в пух прах» разбила доказательства обвинения, показав, что они являются недостоверными и «ложными». Адвокаты просили Цуркан оправдать.
Почему Карина Цуркан?
Защита озвучила несколько версий уголовного преследования топ-менеджера «Интер РАО». По словам Ивана Павлова, одну из них высказал допрошенный в ходе процесса глава «Интер РАО» Борис Ковальчук. Он назвал Цуркан очень эффективным менеджером и заявил, что у нее было много врагов, в том числе из Приднестровья, где расположена Молдавская ГРЭС, куратором которой являлась фигурантка.
Сама Карина Цуркан также выступила и в прениях сторон, а в последнем слове не смогла сдержать слез. Адвокаты признались: запрошенный срок в 18 лет шокировал подсудимую. «Были эмоции, когда она вспомнила о своей матери и о своем сыне. Но эти эмоции были буквально секундными», — сказал Евгений Смирнов. Приговор суд обещал огласить 29 декабря.
За что цуркан посадили
Карина Цуркан. Фото: Андрей Любимов / RBC / ТАСС
«Сейчас мне не то чтобы нечего терять, но меня довели до определенной крайности. Я бы хотела обратиться к президенту страны, попросить его о защите в первую очередь меня, моей семьи. Попросить его о самом главном — о независимом расследовании со стороны тех, кто не участвовал в моем уголовном преследовании», — говорила в интервью РБК бывший член правления «Интер РАО» Карина Цуркан, выйдя из СИЗО в середине января 2020 года. К этому времени под стражей она провела около полутора лет, а все попытки обжаловать арест ни к чему не приводили.
Цуркан и адвокаты говорят о ее невиновности и настаивают на том, что доказательства сфальсифицированы. По сути, говорит «Медиазоне» адвокат Иван Павлов, дело о шпионаже строится всего на одном свидетельстве — рассказе засекреченного сотрудника одной из российских спецслужб, якобы получившего информацию от источника в спецслужбах Молдовы.
Комментируя обращение Цуркан к Владимиру Путину, его пресс-секретарь Дмитрий Песков сказал, что вмешательство президента в следственные действия невозможно, но пообещал передать ее просьбу. Уже через неделю, 7 февраля, кассационный суд отменил решение об освобождении Цуркан и вновь отправил ее в СИЗО «Лефортово», где она до сих пор ждет начала суда.
Жучок в кабинете топ-менеджера
Зимой 2018 года сотрудники контролируемой государством компании «Интер РАО» получили на свои корпоративные почтовые ящики письмо со ссылками на аудиозаписи нескольких разговоров между топ-менеджером Кариной Цуркан и двумя неназванными людьми. Рассылка была анонимной, по данным источников «Московского комсомольца», ее получили все сотрудники корпорации, сама Цуркан говорила о ста адресатах.
По словам Цуркан, на записи попали три рабочих совещания, а сделаны они были с помощью жучка, который ее помощник обнаружил в рабочем кабинете еще в январе 2014 года. К тому моменту переехавшая в Москву из Молдовы Карина Цуркан уже два года была членом правления «Интер РАО» и возглавляла в корпорации блок трейдинга, занимаясь вопросами экспорта и импорта электроэнергии, а также курируя некоторые зарубежные активы.
Коллеги называли ее «жесткой и расчетливой женщиной, которая быстро продвигалась по карьерной лестнице». Цуркан родилась в Кишиневе 6 октября 1974 года, получила юридическое образование, а после окончания вуза в 1999 году вместе с мужем открыла юридическую компанию, предоставлявшую услуги иностранным инвесторам. По словам Цуркан, в основном она сотрудничала с работавшей в сфере энергетики испанской компанией Union Fenosa и перешла туда на работу после развода с мужем. В 2004 году Цуркан была правовым секретарем при совете директоров в ЗАО «Молдавская ГРЭС» . Через три года корпорация предложила Цуркан работу в Москве, куда она и переехала с сыном.
В «Интер РАО» через Цуркан иногда проходили документы с пометкой «для служебного пользования» — речь там в основном шла о поставках электроэнергии в Абхазию, Южную Осетию и Крым. В 2015 году она по просьбе Минэнерго ездила в командировку в ДНР вместе с сотрудником министерства, чтобы рассказать местным чиновникам, как работает рынок электроэнергии.
По понедельникам она участвовала в оперативных совещаниях Минэнерго, писал РБК со ссылкой на знакомых Цуркан. Эти совещания проводил заместитель министра энергетики Вячеслав Кравченко — после задержания топ-менеджера у него прошел обыск, по делу о шпионаже он остался свидетелем, но покинул министерство.
К анонимному письму с аудиозаписями разговоров в ее кабинете, вспоминала топ-менеджер, был приложен файл с фразой «расследование продолжается». Сейчас, сидя в СИЗО «Лефортово», Карина Цуркан говорит, что этим продолжением и стал ее арест по обвинению в шпионаже.
Электричество в Донбассе и секретные письма
Задержали Цуркан 15 июня 2018 года в ее квартире в Шмитовском проезде. «Шесть утра, я в полусне открываю дверь, врывается толпа, люди в масках. Моя маленькая хрупкая мама, пытающаяся защитить меня. Громкие крики и парализующий меня, почти животный страх за близких, за то, как, наверное, испугался сын, которого я больше так и не видела», — вспоминала она позже в интервью «Медузе».
Карина Цуркан перед началом заседания. Фото: Ирина Бужор / Коммерсант
Уже позже, ссылаясь на материалы дела, Цуркан уточняла, что всего таких писем было три, часть из них подписал замглавы Минэнерго Анатолий Яновский. Через адвокатов Цуркан передала «Медиазоне», что не видела этих писем до своего ареста — и не могла видеть, поскольку они были засекреченными.
В деле также упоминается совещание в правительстве России, которое прошло 16 июня, на нем обсуждался вопрос поставок электричества на Украину. На следующий день на эту тему было подготовлено секретное поручение президента Владимира Путина — с текстом этого поручения, по версии следствия, Карину Цуркан ознакомил кто-то из должностных лиц Минэнерго.
О том, что поводом для возбуждения дела стали сведения об этих поставках, говорил и один из источников РБК: «Из СВР пришла информация, что кто-то сливает информацию члену НАТО Румынии, за которой могут стоять США. Это была политическая информация о том, кто с нами работает на Украине, в ДНР, в Крыму и других регионах, куда мы поставляем электроэнергию: кто сотрудничает, кто отказывается, с кем мы вообще разговариваем, какие есть проблемы, какие схемы».
Комиссионная судебная экспертиза по определению достоверности степени секретности сведений в сентябре 2019 года пришла к выводу, что информация, которую, по версии обвинения, Цуркан передала молдавской спецслужбе, раскрывает сведения о внешней политике России, а ее преждевременное распространение может привести к осложнению отношений с иностранными государствами или международными организациями. Кроме того, заключил эксперт, эти данные «могут быть использованы против безопасности Российской Федерации».
По версии следствия, топ-менеджер хранила у себя данные из проекта документа о поставках электричества именно для того, чтобы передать их СИБ Молдовы, а сама передача файлов состоялась «не позднее 29 сентября [2015 года] посредством закрытого канала связи».
«Точное указание дат в обвинении должно, вероятно, убеждать читателя в скрупулезности обвинителей, однако отсутствие описания иных обстоятельств этих событий не позволяют понять обвинение», — комментировал адвокат Иван Павлов летом 2018 года.
При этом сами донесения, по словам адвокатов Цуркан, удивительным образом совпадают с теми секретными документами, к которым у бывшего топ-менеджера не было доступа. «Странно и то, что следователей не заинтересовали эти совпадения, — говорит Павлов. — Следствие даже вынуждено было отклонить ходатайство защиты о назначении лингвистической экспертизы с целью установить, что донесение могло быть составлено только тем лицом, которое было ознакомлено с секретным документом Минэнерго из-за имеющихся в них дословных совпадений».
Полковник из Кишинева
ФСБ утверждает, что СИБ завербовала Карину Цуркан еще в августе 2004 года, когда та работала правовым секретарем «Молдавской ГРЭС», и присвоила ей конспиративное имя Карла. С тех пор за сотрудничество, по версии следствия, Карла получала «денежные средства в крупном размере».
«При этом в моем подчинении есть минимум два сотрудника с допуском к государственной тайне, которые работают с секретными документами через отдел безопасности ПАО “Интер РАО”. Сама я с секретными сведениями не работаю и фактического доступа к ним не имею. Секретных документов мне от подчиненных или сторонних организаций не поступало»,— подчеркнула Цуркан.
Кроме того, продолжает Павлов, анкета составлена на молдавском и как будто писалась от руки человеком, который этим языком недостаточно хорошо владеет. Например, там можно обнаружить множество помарок и исправлений грамматических ошибок, говорит адвокат. «Образец формы этой анкеты агента СИБ гуляет на нескольких сайтах в интернете, и для сильно заинтересованного лица не составило бы труда найти эту анкету и вписать в нее персональные данные Карины Цуркан, собранные из доступных источников», — уточняет Павлов.
Помимо персональных данных Цуркан в анкете приводится список людей, с которыми она якобы контактировала. Среди них есть те, с кем топ-менеджер, по ее словам, даже не была знакома — например, Валерий Пасат, бывший послом Молдавии в России, а затем министром обороны и нацбезопасности. В 2004 году он стал советником Анатолия Чубайса по внешнеэкономическим связям РАО «ЕЭС России». В 2005 году Пасата арестовали и осудили на десять лет за нанесение ущерба бюджету республики, спустя несколько месяцев срок был сокращен до пяти лет; в 2007 году он был амнистирован судом, а в 2009 году — полностью оправдан. Журналистам РБК Пасат сказал, что не знает Цуркан.
До ареста ничего не слышал о Цуркан, как он утверждает, и сам Александр Попеску, вышедший в отставку в 2013 году. Адвокаты «Команды 29» Иван Павлов и Евгений Смирнов летали к нему в Кишинев в середине февраля 2020 года — Попеску рассказал, что действительно работал в спецслужбе, но на Карину Цуркан никогда анкету не составлял. «Повторяю, что она мне неизвестна, с ней не знаком, в рабочих, личных, служебных или иных отношений с ней не состоял и не состою. И естественно, Цуркан Карина Валерьевна, 6 октября 1974 года рождения, не привлекалась мной к какому-либо сотрудничеству со Службой информации и безопасности Республики Молдова», — говорится в протоколе его опроса адвокатами.
Адвокаты говорят, что, защищая Карину Цуркан, постоянно сталкиваются с противодействием следствия. Например, когда их подзащитная ненадолго оказалась на свободе, ни ее, ни адвокатов несколько часов не выпускали из СИЗО после следственных действий — по словам Павлова, так силовики сорвали эфир «Эхо Москвы» с участием Цуркан.
«Это я добыл, но не могу сказать, откуда»
В итоге ключевым доказательством вины Карины Цуркан стал рассказ засекреченного свидетеля, служащего в российских спецслужбах. По версии следствия, именно он получил не только копию анкеты агента Карлы с данными Цуркан, но рапорты о ее донесениях в СИБ Молдовы — тех самых донесениях с секретной информацией о поставках электричества на Донбасс. Причем эти рапорты, указано в материалах дела, анонимный российский контрразведчик получил от анонимных же источников в Молдове.
«Апогеем абсурда стало появление в деле секретного свидетеля — представителя российской спецслужбы, рассказавшего, что ксерокопии анкеты агента и рапортов о донесении якобы были им получены из анонимных оперативных источников, имеющих какое-то отношение к молдавским спецслужбам. С помощью показаний этого свидетеля следствие намерено хоть как-то укрепить легитимность использования ксерокопий в качестве улик», — возмущается адвокат Иван Павлов.
Отрывки из прослушки публиковал «Московский комсомолец» — из публикации неясно, когда, где и кем они были сделаны, но утверждается, что там слышен голос Цуркан. Во время одного из этих разговоров, настаивает издание, Цуркан обсуждает продажу «Молдавской ГРЭС» с «агентом румынских спецслужб» по имени Ярослав.
Адвокат Иван Павлов говорит, что в материалах дела нет вообще никакой прослушки.
Сама Карина Цуркан считает, что дело против нее было сфабриковано для того, чтобы сместить ее с должности топ-менеджера. «Задача этого уголовного дела была, безусловно, уничтожить меня и очень сильно ранить [экс-замминистра энергетики] Кравченко», — объясняла она.
У адвоката Павлова есть и несколько других версий: например, о том, что российского разведчика, получившего анкету и рапорты от молдавского источника, могли просто повести по ложному следу — чтобы не позволить ему раскрыть реального агента в российской энергетике.
«Кстати, такая практика и в России одно время была. Когда наши опера ездили в Чечню и документировали своих агентов из числа местных жителей, то они обязательно их шифровали. То есть они забивали туда других лиц, реальных людей, которые на самом деле не были агентами. Главное было защитить настоящего источника, подставив кого угодно, но не своего», — объясняет Павлов. Такое могло произойти и с Цуркан, продолжает защитник, а «кто-то из российских спецслужб и их источников в Молдове принял это за чистую монету».
В любом случае, говорит Иван Павлов, возникает опасный тренд, когда судить человека будут на основании плохо читаемых ксерокопий с сомнительным содержанием. «Это я добыл, но не могу сказать, откуда. [Этот засекреченный свидетель] не скажет даже в закрытом процессе, откуда получил информацию, нам даже лицо его не покажут, — замечает адвокат. — Это угроза уголовному процессу, всем существующим принципам. Так нельзя судить. Это уже за гранью Кафки».
Редактор: Егор Сковорода
Оформите регулярное пожертвование Медиазоне!
Бывший топ-менеджер «Интер РАО» Карина Цуркан получила 15 лет за шпионаж
Мосгорсуд приговорил бывшего члена правления госкорпорации «Интер РАО» Карину Цуркан к 15 годам колонии по обвинению в шпионаже. Такое решение вынес судья Андрей Суворов, сообщили РБК в пресс-службе Мосгорсуда.
Цуркан была арестована в июне 2018 года после по меньшей мере трехлетней оперативной разработки, ее дело стало одним из самых громких дел о шпионаже в России последних лет. Гособвинитель Борис Локтионов (заменивший прокурора Амалию Устаеву, ушедшую в отставку в середине процесса) просил назначить Цуркан 18 лет колонии — срок, близкий к максимальному.
Что вменяли Цуркан
В середине 2015 года Цуркан, по версии следствия, направила в молдавскую спецслужбу секретную информацию о поставках электричества из России на территорию Украины, полученную от замминистра энергетики Вячеслава Кравченко. Так, Цуркан участвовала в подготовке засекреченного письма Минэнерго в правительство, а затем — в правительственном совещании, по итогам которого было составлено засекреченное поручение президента. Эти материалы Цуркан, как утверждается в деле, в сентябре 2015 года передала СИБ Молдавии. Следствие не конкретизирует способ передачи информации (уточняется лишь, что это был «закрытый канал связи»), но утверждает, что конечным получателем этих сведений были органы НАТО.
В первой версии обвинения речь шла о передаче молдавским спецслужбам информации по трем темам, говорила Цуркан в интервью РБК. Кроме передачи энергии на Украину это поставки российского газа в Молдавию и поставки электроэнергии в Крым. В первом случае речь шла о размере долга «Молдовагаза» перед российской стороной (при этом, как указывала Цуркан, власти Молдавии не могли не быть в курсе его объема, поскольку компания принадлежит в том числе правительству страны), во втором — об инициированном украинской стороной повышении цены на поставку электроэнергии в Крым. При этом договор с новыми условиями был подписан 2 июля 2015 года, а Цуркан, по версии следствия, в сентябре того же года сообщила о нем своим кураторам в СИБ как о готовящемся.
«Было бы странно, чтобы я отчитывалась, что планируется к подписанию то, что на самом деле уже подписано. Более того, за этот период произошло еще одно изменение условий договора. То есть условия уже дважды изменились, а я продолжаю якобы писать в Молдавию, что планируются изменения», — говорила она.
На чем строилось обвинение
Анкета содержит ошибки в румынском языке, которые не мог бы допустить его носитель, утверждали обвиняемая, ее защита и приглашенный адвокатами в суд эксперт-переводчик. Так, Цуркан несколько раз названа в мужском роде. Вызывает сомнения и то, как в этом документе названо непризнанное государство Приднестровье, говорил РБК Павлов: там фигурирует написанная латиницей аббревиатура PMR (это сокращение от российского названия — Приднестровская Молдавская Республика), тогда как в румынском языке страна называется иначе — Republica Moldovenească Nistreană.
Второй документ, лежащий в основе обвинения, — это якобы перехваченные российской разведкой рапорты из СИБ Молдавии в один из интеграционных центров НАТО. Их текст представляет собой дословный перевод на английский язык секретных писем в правительство России от министра энергетики Александра Новака и его заместителя Анатолия Яновского. Цуркан, по ее словам, не имела к ним доступа, поскольку эта переписка составляла гостайну.
Третий документ — это показания секретного свидетеля, как утверждается, сотрудника российских спецслужб, добывшего свидетельства шпионажа Цуркан. Во время допроса в суде (находясь в отдельном помещении и беседуя с участниками процесса с помощью технических средств, меняющих тембр голоса) он отказался раскрывать источник доказательств, говорил РБК Павлов.
О чем заявляла защита Цуркан
Цуркан категорически отрицает вину. Она утверждает, что никогда не сотрудничала со спецслужбами других стран, не знакома с полковником Попеску (который реально существует и много выступает в молдавских СМИ в качестве эксперта) и, кроме того, не имела доступа к секретным документам. Признанная гостайной информация о поставках «в определенный период» электричества из России на Украину на самом деле широко обсуждалась «представителями российских органов власти в открытом режиме с участием широкого круга лиц, не имеющих допуска к государственной тайне, в том числе из числа иностранных граждан», — говорила она в суде.
«Дело Карины Цуркан уникально тем, что если в других подобных делах мы обычно не оспариваем лежащие в основе обвинения факты, а расходимся с нашими процессуальными оппонентами в их правовой оценке, то в этом деле мы оспариваем как достоверность основных обвинительных утверждений, так и оценку стороной обвинения фактических обстоятельств дела», — заявлял в суде Павлов. Улики, добытые из неизвестного источника, невозможно проверить в суде, а значит, по закону они не могут лежать в основе обвинения, пояснял адвокат. По его мнению, дело Цуркан может иметь последствия не только для нее самой, поскольку в нем, «как на закрытом полигоне», проверяются на прочность стандарты доказывания в уголовном процессе и порог допустимости доказательств.
Павлов допускал, что документы о связи Цуркан с молдавской разведкой «могли быть специально «подброшены» нашим разведчикам, например, чтобы отвести подозрения от настоящего агента, работающего в энергетическом секторе России». Кроме того, личными данными Цуркан мог быть легендирован другой человек — такая практика существует, утверждал Павлов. Еще одна версия защиты — «рейдерский захват» должности Цуркан со стороны недоброжелателей из «Интер РАО».
На процессе в качестве свидетеля защиты допрашивался глава «Интер РАО» Борис Ковальчук. В числе прочего он сообщил, что у Цуркан был конфликт с президентом Приднестровья Евгением Шевчуком из-за цены на газ для принадлежащей «Интер РАО» Молдавской ГРЭС, и этот конфликт привел к остановке работы этой станции.
Тайны дела Цуркан: как прослушивали осужденную на 15 лет шпионку
Неизвестные подробности дела топ-менеджера “Интер РАО”
Шпионское дело уроженки Молдавии Карины Цуркан с самых первых дней окутано завесой тайны и богато на неожиданные повороты. После задержания топ-менеджера госкомпании «Интер РАО» прошло более двух лет. За это время обвиняемую успели выпустить из-под ареста и вновь посадить. Был допрошен ее шеф. А сегодня Мосгорсуд приговорил молдавскую «Мату Хари» к 15 годам общего режима.
Фото: Ева Меркачева
Дело Цуркан
В июне 2018 года члена правления ПАО «Интер РАО» (единственную женщину в правлении), руководителя блока трейдинга Карину Цуркан обвинили в шпионаже в пользу иностранных спецслужб и арестовали. Топ-менеджера поместили в СИЗО «Лефортово», и никакой официальной информации о расследовании не было.
Все, что известно о деле, — то, что смогли рассказать сама обвиняемая и ее адвокаты в интервью журналистам. Цуркан ненадолго покидала следственный изолятор. В январе этого года Первый апелляционный суд общей юрисдикции смягчил Карине меру пресечения. Правда, через несколько недель с подачи Генпрокуратуры ей пришлось вернуться в изолятор.
Что касается обвинения, бывшего топ-менеджера «Интер РАО» уличили в том, что Цуркан, будучи с 2004 года агентом Службы информации и безопасности Молдавии, «не позднее 29 сентября 2015 года» передала молдавской спецслужбе сведения о поставках электроэнергии в Крым и самопровозглашенные ДНР и ЛНР, изложенные в письме с грифом «секретно» для российского премьера. Экспертиза подтвердила, что эта информация могла быть использована против безопасности России.
Процесс над бывшим топ-менеджером в Мосгорсуде прошел в закрытом режиме. Цуркан вину не признала, заявив, что дело против нее было сфабриковано.
По делу был допрошен Борис Ковальчук — глава правления «Интер РАО». Он лично дал показания в суде, назвав Цуркан эффективным «переговорщиком». По его словам, у Карины произошел конфликт с тогдашним президентом непризнанной Приднестровской Молдавской Республики Евгением Шевчуком из-за работы Молдавской государственной районной электростанции, принадлежащей «Интер РАО» и расположенной в ПМР. Ковальчук рассказал, что станцию пришлось остановить из-за того, что Шевчук сначала пытался повысить цену на газ (закупался в ПМР и был основным топливом для работы станции. — Авт.), а когда Цуркан от лица «Интер РАО» перевела работу актива на уголь, «приказал перекрыть поставки угля».
Но, как оказалось, есть альтернативное мнение о событиях внутри «Интер РАО», деятельности Карины Цуркан, ее коллег и предъявленном обвинении. И оно заслуживает внимания, так как это взгляд изнутри, который отличается от известной публике информации.
Таинственный «агент»
Как только прогремела новость об аресте Карины Цуркан, в несколько редакций обратился некий мужчина. Он на условиях анонимности рассказал свою версию событий. Часть информации, представленной анонимом, которую подтверждали другие источники, была опубликована — в том числе и в «МК». Например, данные о том, что скандал в «Интер РАО» начался с корпоративной рассылки с «прослушками». Позднее, в интервью обозревателю «МК», мать Карины по сути подтвердила их подлинность, сказав, что ее дочь очень расстроилась, услышав свои разговоры.
Недавно информатор предложил встретиться и полностью раскрыть карты. Нами было поставлено обязательное условие «агенту»: дальнейшее общение и возможная публикация — только со ссылкой на его настоящее имя.
Седовласый мужчина с военной выправкой пришел в редакцию с полным пакетом документов, подтверждающих его отношение к «Интер РАО» и компетенцию по предмету разговора.
— Сергей, расскажите, кто вы.
— Имею высшее профессиональное образование, учился в одном специализированном учреждении по комплексу «радиоразведка-радиоперехват». Пошел по стопам отца. После учебы служил в одном из управлений КГБ СССР. Работал по специальности — как вы понимаете, в основном нелегально и засекреченно. Сначала на Украине, потом в Подмосковье. Получил грамоту от руководителя управления.
В 90-е, когда произошли реформы, наша служба трансформировалась в ФАПСИ. Денег не платили, а у меня семья, поэтому в скором времени ушел в коммерческий банк, в службу экономической безопасности. С этого началась моя карьера на гражданке. Сменил ряд организаций: банки, компании, занимающиеся энергоресурсами. Таким образом, попал в «Интер РАО». По своим каналам на меня вышел мой будущий непосредственный начальник, бывший сотрудник дипмиссии в Японии. Это было около 15 лет назад.
— Какие у вас были обязанности на новом месте?
— Негласный информационный контроль топ-менеджеров общества.
— Чем вы конкретно занимались?
— Трудился на месте и ездил в командировки. Обычно это были объекты «Интер РАО» в других регионах. В частности, были командировки в ПМР, на «Молдавку» (Молдавская государственная районная электростанция. — Авт.). Получил за высокие показатели грамоту от Дода (Евгений Дод — бывший глава правления «Интер РАО». — Авт.) и денежную премию в размере 80 тысяч рублей. Вскоре дорос до главного эксперта блока.
— Что это за высокие показатели? Приведите пример.
— Наш начальник службы безопасности, генерал-майор КГБ в отставке, плохо ориентировался в радиоразведке. А у меня был большой опыт, в том числе вкупе с приобретенными на предыдущих местах работы знаниями по экономике и бухгалтерии. Сначала я провел полный мониторинг. Самым первым результатом стало выявление утечки денежных средств по углю. Речь о поставках сырья на «Молдавку». Уголь закупался за 8 долларов за тонну прямо на угольном разрезе, а на станцию топливо приходило уже стоимостью около 50 долларов. При том, что общее потребление — 360–400 тысяч тонн в месяц!
— «Интер РАО» — это госкомпания, контрольный пакет акций — в руках у государства. Обязательны присутствие и контроль со стороны спецслужб. Как выглядело взаимодействие?
— Расскажите, как выглядела вертикаль в вашей службе внутри «Интер РАО».
— В нашем блоке было около пятнадцати человек. В основном все кроме меня занимались анализом договоров, проверкой кадров. С приходом Ковальчука над нашим шефом появился еще один начальник: нас стал курировать советник председателя правления Алганов (согласно данным из открытых источников, Владимир Алганов — бывший сотрудник спецслужб, из-за связи с которым якобы в 1996 году подал в отставку премьер-министр Польши, а его самого тогда депортировали. — Авт.).
— У вас было указание работать именно по личности Карины Цуркан? Как, когда, от кого и в каком виде вы получили ЦУ?
— Как я уже говорил, уровень работы до моего прихода был далек от совершенства, и меня никто не вводил в курс дел. Я своими силами провел мониторинг — не теми средствами, что были, а сделал свои: соответствующий опыт имеется. Финансирование было небольшое, и приходилось паять аппаратуру на коленках. Я сказал начальнику, что необходимо съездить на «Молдавку» — там есть такая-то Карина. С ней постоянно связывается неизвестный мужчина. Происходит вхождение в связь. Так в терминологии спецслужб называется контакт между агентами.
— Это было, когда еще Карина Цуркан работала в ПМР? Поясните, что это за контакт.
— Первое, что бросилось в глаза, — это наличие специальной подготовки у собеседников: все общение проходило без имен и с целой обоймой кличек. Карина и ее собеседник понимали друг друга без расшифровки этих порой чудаковатых названий. Все это сопоставлялось нами с тем, что, как отмечали другие коллеги, на «Молдавке» под разными предлогами постепенно выводились из строя турбины, которые были в исправном состоянии. Их глушили и закрывали то на капремонт, то на ТО.
В 2008 году я приехал в ПМР под видом айти-специалиста. Карина на тот момент была членом правления Молдавской станции и имела там большой вес. По сути, занималась куплей-продажей электроэнергии от имени «Интер РАО». Электронный прибор стоял в ее кабинете и фиксировал все переговоры. В том же году я вновь приехал на «Молдавку» и «снял» всю информацию.
— К чему вы пришли, проанализировав записи?
— Первый вывод: Карина совершенно точно имеет информационную подготовку по скрытому ведению разговоров.
Второе — это то, что обсуждаются вопросы о последовательной приостановке турбин с человеком, не имеющим отношения ни к «Интер РАО», ни к Молдавской станции. Характер общения Карины с неизвестным телефонным собеседником был не просто разговором, а согласованием.
Уже сейчас в СМИ я прочитал, что Борис Ковальчук в суде заявил о том, что остановка «Молдавки» случилась в 2016 году, но это не так: все началось еще в 2007–2008 годах.
Третье: разговор шел о реконструкции АРУ (автоматическое распределяющее устройство. — Авт.). То есть была цель увеличить мощность транспортировки энергии в Молдавию, а значит, в Европу. Казалось бы, зачем, если параллельно эти же люди официально докладывали о нерентабельности «Молдавки»?
Сначала мы все это обсудили в своем подразделении. Коллеги установили, что собеседник Карины — это Виктор Дригенич (непубличный и весьма влиятельный бизнесмен-строитель, начинавший в РАО «ЕЭС» и имеющий отношение к энергетике; вместе с Цуркан они реализовали совместные проекты в Сочи. — Авт.).
Еще тогда обо всех этих моментах подробно, в письменном виде, с подтверждающими материалами было доложено начальству.
«Шпионская» шифровка
За годы работы и анализа информации «безопасникам» удалось дешифровать конспиративные имена большинства фигурантов.
Заметим, что действительно во всех записях, предоставленных нам Сергеем, собеседники не называют настоящих имен людей, названий объектов и мест, которые обсуждают. В качестве примера приведем часть «кличек», звучавших в аудиофайлах.
Борис Ковальчук — Юный тракторист, Юннат или Попандос.
Бывший замминистра Минэнерго Вячеслав Кравченко — Аниматор (задержан по обвинению в мошенничестве).
Владимир Алганов — Збышек.
Александр Нуштаев и другие силовики — Сбыш или Сбышеки.
Генеральный директор Молдавской станции Сергей Мелеховец — Лихо или Лихоимец.
ПМР и Молдавская станция — Камыши.
«Подогреть Збышека»
— Сергей, расскажите о смене власти в «Интер РАО». Были ли какие-то примечательные события в тот период?
— В 2009 году произошла смена правления, председателем был избран Борис Ковальчук. Ко мне пришел начальник и спросил: есть ли у меня в распоряжении свободное устройство? Мол, надо поставить его Ковальчуку. Я сослался на то, что прибор может быть выявлен спецслужбами, и поэтому делать этого не следует.
Примерно в то же время пришла Карина Цуркан. Был перехвачен разговор, когда Дригенич сказал ей: ты скоро будешь в Москве. Они знали это заранее. Попав в «Интер РАО», Карина сразу же наладила общение с сотрудниками, занимавшими ключевые посты. Вот, например, она обсуждает общение с Алгановым.
Из разговора Цуркан с Дригеничем
Цуркан: Збышек сказал, что всех победителей тендеров согласовывать с ним, а он уже будет согласовывать с Юннатом. Скажите, мы Збышеку первую часть какую-то когда можем сделать?
Дригенич: Теоретически хоть завтра. У вас же есть. Но мы не знаем объем.
Цуркан: Посоветоваться. На крайняк согласовала до 10 февраля. Но сейчас решается тематика, кто будет заниматься тендеровой фигней. Я думаю, мы по-любому возьмем эту тему на себя. Может, пораньше ему маленькую выдать в рамках того, что сейчас принимается решение. Подогреть его?
…В итоге собеседники пришли к соглашению, что это будет сделано «на следующей неделе».
— Если Карина имела спецподготовку, то почему она разговаривала о «делах» в кабинете?
— Ей была нужна связь, и, думаю, они решили ограничиться конспирацией. У Карины было много телефонов, и один разговор она могла вести по нескольким аппаратам, меняя их в ходе беседы. Но, тем не менее, все перехватывалось. Технически это возможно и будь у нее хоть сто телефонов — аппаратура работает по другому принципу. Не все шпионы знают это. К тому же, думаю, они были уверены в своей крыше: в некоторых беседах Дригенич просил Карину сформулировать особо важные вопросы, чтобы задать их кому-то наверху.
Миллионы для Аниматора
— Какая у нее была, по-вашему, главная задача? Передача секретных сведений, в которой ее обвинили?
— Если вкратце, то это выведение из строя «Молдавки» и последующая продажа станции Румынии. Молдавская станция — это стратегически важный актив, ворота для энергии в Европу. Она единственная в своем роде: может работать на разных видах топлива, имеет очень выгодное расположение и имеет АРУ и ЛЭП во все ключевые направления, которые по инициативе в том числе и Карины реконструировали. В СССР знали, как и где строить: я был там и видел, что вокруг одни поля. А вот в обход построить линии, например через Украину, будет очень накладно, так как на пути будут холмы, горы и другие естественные преграды.
Параллельно с выполнением этой задачи проворачивались глобальные аферы по спекуляции электроэнергией, которые нанесли огромный ущерб экономикам России, ПМР и Молдавии.
Сопутствующей маржей для этих людей был заработок на махинациях с конвертацией валюты. У Карины были связи в банках ПМР и Молдавии, в России ей помогал кто-то еще. Цуркан в интервью бравировала, что не уедет из России, но был один момент, когда она уже была готова паковать чемоданы.
Из разговора Цуркан с Дригеничем
Цуркан: Удобно? А что с голосом?
Дригенич: Да, конечно. Просто тихо говорю, чтобы не услышали.
Цуркан: Я что звоню, перенервничала сейчас. Лихо звонил. Говорит следующее. Что к его сотруднику приходили два Сбыша. Один из Лохландии, один камышист. Типа, давай посмотрим контракт. Странно, так как им все контракты уже дали официально. Посмотрел по диагонали, а потом сказал, что у меня один вопрос: знаешь ли ты девушку? Тот говорит, да. Лично? По телефону. О чем говорили? Там про акты-шмакты и так далее. То есть только меня касался. Какая-то (матом) ерунда, и вообще нехорошая. И что типа вопросы основные задавал Сбыш-камышист. Что за (матом) ситуация может быть? Именно, понимаете (матерится), разговор. Зачем я вообще в него влезла? Из-за такой фигни.
Дригенич: Я тоже ничего не понимаю. Честно.
Цуркан: Спокойно сидеть не буду, потому что хочу понять, что за фигня такая. Если я Збышеку скажу…
Дригенич: Думаю, нет смысла говорить, потому что нет темы для разговора…
Цуркан: Да как нету?! Она есть! Такая фигня, что конкретно именно меня спрашивают, не Лихо, не кого-то еще…
Дригенич: Что вы предлагаете? Мне кажется, что ворошить эту ситуацию не стоит.
Цуркан: Не согласна. Она выстрелит потом. Зачем мне это надо?
Дригенич: А в какой форме она может выстрелить?
Цуркан: Я откуда знаю? Мне она очень не нравится. Вся эта тема если будет вонять, то надо сваливать. Других вариантов просто нет.
— Вообще, чтобы вы понимали, Цуркан в одиночку не смогла бы все это провернуть: во всех махинациях замешано много других людей на самых разных позициях.
Собеседник приводит еще одну аудиозапись между одними и теми же людьми, которая датируется, по словам Сергея, маем–июнем 2016 года. В беседе мужчина и женщина особое внимание уделяют личности Аниматора. В частности, они обзывают его за то, что тот один раз поучаствовал в схеме и получил за это «три с половиной», в то время как были и те, кто заработал «сотку». Мужчина акцентируется на том, что такие большие деньги тот фактически получает ни за что.
«Когда те, кто отвечает за безопасность, предают — это конец»
— Вы докладывали об этом?
— Конечно. Но ходу информации никто не давал: никакой реакции на наши записки не было. Я понял, что урон наносится не только «Интер РАО», но и государству. Цуркан продолжала расти, и нисколько не сомневаюсь, что, как только бы они высосали из этих схем все, станция была бы продана.
— Вы что-то пытались изменить? Например, вы могли напрямую доложить Нуштаеву.
— Кроме нарушения субординации меня останавливало то, что Нуштаев мог быть в одной лодке с Кариной. Докладывать было некому. К тому же я понимал, что Цуркан на тот момент уже могла решать кадровые вопросы, информацию ей докладывала даже служба безопасности. Безусловно, каждый вел свою игру и фильтровал данные на свой лад, но я уверен, что Карина была осведомлена о многом, что не знали ни Ковальчук, ни Нуштаев.
— Откуда у вас такая уверенность?
— Самый яркий пример. Я никогда не рассказывал никому про приборы: как аппаратура закамуфлирована и тем более — куда поставлена. К 2014 году я сделал так, что любые устройства спецслужб по поиску скрытой электроники не могли бы найти мои приборы. И тут неожиданно начальник службы безопасности спросил меня, куда я поставил новую модернизированную технику в кабинете Карины. Я ему сказал. Далее Цуркан якобы самостоятельно нашла «жучок» и вывела его из строя.
— То есть вы считаете, что вас слили?
— Да. Исключено, что Карина могла сама найти прибор.
— Что было дальше?
— После этого меня вызвал Алганов. Спросил: мол, это твоя техника? Я сказал: моя. Он упрекнул меня в том, что эта вещь стоила много денег — оборудование обошлось в сумму более миллиона рублей, — а прибор так просто был обнаружен! Я понял, что меня таким образом слили. Пошел к начальнику. Он весьма спокойно отнесся к моему визиту и сказал: мол, подожди, разберемся.
После этого мне сказали, что «прослушками мы больше не занимаемся». Я свернул почти всю технику и работал точечно только по запросу руководства. В 2017 году я отчитался, что удалил всю накопленную информацию и ликвидировал всю технику. Почти сразу после этого меня уволили. Однако я скопировал весь материал себе и поставил один прибор в тайне от всех.
Еще один нерадикальный шаг, который я попытался предпринять, — это записался через секретаря на личный прием к Ковальчуку. Но к нему я так и не попал. Единственный выход, который я увидел, — это огласка.
— Речь о том самом письме с аудиозаписями?
— Да. По корпоративной почте всем сотрудникам, а это около 300 человек, было отправлено письмо. Я все устроил таким образом, что в тот момент, когда послание было получено, у меня было алиби. Когда меня вызвал начальник, то в разговоре он предположил, что я продал эти записи, и предложил оставить меня еще на год в «Интер РАО» в обмен на информацию о покупателе. Я сказал правду, что никому их не продавал. Ничего больше не объяснял. В «Интер РАО» начались разборки, а я уволился. Это был 2018 год.
— Как они вас отпустили?
— Думаю, что либо не поняли, откуда дует ветер, либо решили, что я на этом остановлюсь. Увольнение было по соглашению сторон.
— По-вашему, уголовное дело началось с этого письма?
— То есть вы считаете, что спецслужбы не располагают информацией, которая есть у вас?
— Думаю, что не располагают. Я давал несколько записей, которые не представляют оперативной ценности, в другие СМИ. Но там отнеслись к моему посылу несерьезно, возможно, приняв меня за агента, так как тогда расследование только начиналось. Об этих записях журналисты спрашивали Цуркан в интервью, когда ее ненадолго выпустили из СИЗО, и она оставила эти вопросы «без комментариев».
— В итоге: почему Карине вменили именно шпионаж, а «экономических» статей в обвинении нет?
— Цуркан фактически создала коррумпированные ячейки в правящих правительственных кругах, разлагая экономическую составляющую страны. А это уже явно задача, поставленная извне, а не коррупция. И справилась она отлично, именно в энергетической области, с 2004 по 2018 год. Во многом благодаря коррумпированности.
Закрытые слушания в суде шли не потому, что там гостайна, а чтобы не утекли данные о внутренних взаимоотношениях и коррумпированности в энергетической сфере.
— Вы думаете, после нашего интервью что-то может измениться?
— Тогда зачем вы пришли к нам?
— Пройдет время, и к этой истории вернутся. Все фигуранты всплывут. В Комитете госбезопасности хранятся разговоры 1950-х годов, например. Не сегодня, так завтра. Нас так учили, и я по-другому не могу. Нас учили воевать не против личности, а против системы. Цуркан убрали, а схема осталась. Когда те, кто отвечает за безопасность, предают — это конец всему.
— Да, безусловно. Если спецслужбы обратятся к вам с официальным запросом, можете предоставить мои данные.