Зайгезунд что это значит

ЭТОТ ЗАБАВНЫЙ ИДИШ!

И кто говорит “вус”, скажет “цурес” и “мишиге”, а кто скажет “вос”, употребит “цорес” и “мешуге”. Хотя вообще-то, что цурес, что цорес: разницы между ними не больше, чем между мишиге и мишуге. Словечки эти и выражения окрашивают весьма своеобразно речь русских евреев и придают ей некоторый колорит. Не стоит, наверное, от них отказываться. Но стоит их правильно понимать.
Чаще всего можно слышать такое выражение, как “азохн вей”. Сначала выясним, как оно переводится, а уж потом поговорим об употреблении. Хотя, и не разбираясь в этимологии, употребляют его обычно по делу. Собственно говоря, писать-то следует “АЗ ОХ-Н-ВЕЙ”, что дословно переводится: “Когда (хочется сказать) “ох!” и “вей!”.
“Ох” понятно, от хорошей жизни такого не скажешь, а “вей” значит “горе”, пришедшее с нами, скорее всего, прямо с исторической родины, ибо все восточные народы выражают горестное настроение воплями и стонами “вай!”, “Ой-вой!” и “вай ме!”. (Сравните с еврейским “Вей из мир!” и “Ой-вей!”, обозначающими то же самое.)

А ид и окрестности

Итак, поскольку в разбираемом нами выражении “а” есть не что иное, как неопределенный артикль единственного числа, то во множественном он употребляться не может по определению. К сожалению, среди пренебрегающих языком бабушек людей очень распространилась чудовищная форма “аиды” с ее производными типа “я много аидов видел”. Это все равно, что сказать по-русски “я видел много одного русских”.

В ходе беседы выяснилось, что хозяйке в этом доме старой постройки докучают мыши.

Причем тут это следовало понимать, что с ЭТОЙ кошки толку нет и быть не может.

В общем, говорил я вам раньше: в идише словарь и грамматика не помогут, его надо слышать и видеть.

С уменьшением знания даже элементов идиша появилось чудовищное выражение для обозначения, так сказать, аида женского рода: “аидка”. Это, простите меня, такой уже бред собачий, что и объяснять-то не стоит. Лучше запомните, что женщина соответствующей национальности называется “а идышке”.

Само слово “ид” возникло и попало в идиш не без приключений.

– Яков Исаакович вам помог?

– Ой, дай ему Б-г здоровья! А идише харц!

– А вадэ! А ид! Несомненно! Это же еврей!

Но глубоко заблуждается тот, кто подумает, что разбираемое нами слово всегда носит исключительно положительный характер. Я не имею в виду антисемитов, для которых определение “еврейский” имеет смысл столь отрицательный, что как бы противостоит слову “человеческий”. (Для придания этому определению умеренно положительного оттенка используется сложная конструкция “хотя и еврейский”, что показывает даже некоторое удивление: “Во, смотри-ка, еврей, а туда же, типа ничего”.) Нет, автор разбирает случаи, когда в самых что ни на есть еврейских устах знак “+” резко вдруг меняется на решительный “-“.

Спросите у пожилой женщины из тех, кто еще с идишем в ладах, что она так злится, чистя, скажем, картошку.

И тут не следует переводить сказанное ею дословно как “еврейский нож”, хотя именно так дословно она и выразилась.

-Ну что, он вам хоть чуть-чуть уступил?

-И не спрашивайте! А ид ви а бойм!

И, конечно, учитывая, что язык-то еврейский, КАКИЕ ЖЕСТЫ ДЕЛАЕТ РУКАМИ.

А Малке фин таргам

Особенно, если кто жил в Одессе. Во-первых, сколько коммерции было с ней связано! А во-вторых, сейчас это может показаться невероятным, но среди одесских, да и кишиневских (вообще, бессарабских) евреев было полно “турецкоподданных”.

Помните Остапа-Сулеймана-Берту-Марию Бендер-бея, сына турецкоподданного? У тех, кто знал обстоятельства жизни, сомнений в национальной принадлежности Великого Комбинатора не было: а ид! Все это отнюдь не значило, что он родился в Стамбуле, служил янычаром и т.д. Ни он, ни его папа, скорее всего, Таргам в глаза не видывали и по-турецки не говорили. Просто в специфических условиях царской России (каким бы раем она ни представала в доверчивых очах авторского и читательского актива журнала “Наш современник”) многим евреям удобнее было принять за небольшую мзду турецкое подданство, чем оставаться в черте оседлости, лишенными многих прав, но не обделенными почетным правом быть призванными в армию.

И птичка-фэйгэлэ из песни, с которой мы начали, скорее всего, летела не из-за Черного моря, а из турецкого консульства в Одессе.

Источник

Зайгезунд что это значит

Гой (ивр. גוי‎, мн.число goyim, гойим, גויים), в современных иврите и идише — обозначение нееврея (не-иудея в иудаизме, аналогично слову «иноверец» в русском языке).

В Средние века у евреев слово «гой» приобрело негативный оттенок: оно применяется прежде всего по отношению к христианам.

В настоящее время слово «гой» — вошедшее во многие языки (в частности, в русский и английский) обозначение нееврея, употребляемое иногда с оттенком презрения.

Ближайшие аналоги — японское «гайдзин» (не-японец), цыганское «гаджо» (не-цыган), тюркское «гяур» (не-тюрок), русское «нерусь», христианское язычник, мусульманское «кафир».

Гешефт (ид. געשעפֿט) — деятельность (сделка, спекуляция) с целью получения выгоды, бизнес.

Цимес (идиш צימעס) — десертное блюдо еврейской кухни. Представляет собой сладкое овощное рагу с различными ингредиентами, которые могут варьироваться в зависимости от территории. Соответственно различают морковный, фасолевый, нутовый и другие разновидности цимеса.

Кошер (рас.евр.жыд. כָּשֵׁר) — изначально понятие, обозначающее пищу, пригодную для употребления богоизбранным народом (то есть самими евреями).

Противоположным кошеру является гораздо реже употребляемое понятие треф. Это то, что истинному еврею есть не положено.

В последнее время слово “кошерно” приобрело употребление “круто”, “правильно”. Впрочем, чаще употребляется сочетание “не кошерно”, означающее “не подобающе”, “не правильно”, “отстой”.

Источник

13 слов на идише, помогающих понять еврейскую культуру

Почему цимес можно съесть, чем бейгл может быть еще, кроме еды, а также какое отношение инженер имеет к талмудисту, перловка — к Шаббату и еврейский театр — к авторской песне

1. Шлимазл (שלימזל)

Обложка первого издания детской книги Исаака Башевиса Зингера «Мазл и Шлимазл, или Молоко львицы». 1967 год © Farrar Straus & Giroux

Существует две версии происхождения слова: согласно первой, это сочетание немецкого schlimm («пло­хой») и ивритского מזל («удача, счастье»). По другой версии — это сочетание того же ивритского слова מזל и арамейского שלים («пол­ный»); в этом случае общее значение «преисполненный счастья» исполь­зуется с явным обратным, ироническим смыслом — «то еще счастье». Есть масса пословиц, поговорок и анекдотов о шлимазлах, например: «Что сделает шлимазл, если выиграет миллион в лотерею? Потеряет лотерейный билет».

Шлимазл — частый герой еврейской художе­ственной литературы: Шолом-Алейхема, Исаака Башевиса Зингера, Аврома Гольдфадена. Слово вошло во многие языки, особенно прижилось в американском английском. При этом в еврейской традиции существует своеобразное соревнование неудачников: помимо шлимазла, есть еще шлемиль. Если шлимазлу всегда катастро­фически не везет, то шлемиль просто недотепа и растяпа. Известна поговорка: «Если шлемиль прольет суп, то он по­падет на колени шлимазлу».

2. Ихес (יחוס)

Особый социальный статус в еврейском обществе

Еврейская свадьба. Гравюра из пасхальной Агады. 1695 годАгада — сборник молитв, благословений и комментариев к истории Исхода, который используется для празднования Песаха. © Culture Club / Getty Images

Слово пришло в идиш из иврита, где оно значит «родословная», «генеалогия». В идише у него два значения: широкое — социальный статус или социальные связи вообще, и более узкое — высокий социальный статус. В традицион­ном обществе считалось существен­ным, чтобы женщина вышла замуж за человека высокого ихеса: ученого талму­диста, раввина, мудреца, богача. Тесть обещал содержать моло­дую семью несколь­ко лет, чтобы зять продол­жал учиться и обеспечил ихес браку. Концепция ихеса сохранилась даже в совет­ское время, хотя и трансфор­мировалась: талмудистов заменили люди с выс­шим образова­нием — инженеры и ученые.

Существует множество фольклор­ных идиоматических выражений со словом «ихес»: «ихес ин буд» — «банный ихес», так называли человека очень низкого социаль­ного статуса; «ихес мит рихес» — «никчемный человек, родом от чертей»; «ихес — тухес» («тухес» на идише «зад­ница») — так говорят о том, кто много воображает о себе, но ничего не стоит.

3. Цимес (צימעס)

Самый популярный праздничный еврейский десерт; в переносном значении — нечто самое важное

За столом. Рисунок Иссахара Бера Рыбака. 1930-е годы Comité & Foundation Issachar Ber Ryback

Согласно народной этимологии, образовано от сочетания двух слов: «цим ессн» — «закус­ка к еде». Чаще всего за основу для цимеса берут морковь. На идише «морковь» — это «мер», что созвучно слову «мер» — «больше», поэтому морковь и, в частности, цимес принято есть на еврейский Новый год Еврейский Новый год, или Рош ха-Шана, празднуется два дня подряд в новолуние осеннего месяца тишрей по еврейскому (лунно-солнечному) календарю. Например, в 2020 году Рош ха-Шана приходится на 29 сен­тября и 1 октября. и просить, чтобы в будущем году в доме было больше радостей и денег.

В разных регионах Восточной Европы был свой традиционный рецепт цимеса. Так, на Буковине Буковина — историческая область в Восточ­ной Европе на территории современных Украины и Румынии. его готовили из груш мелких сортов с медом и добавляли клецки — кнедлах. На территории Беларуси и на западе России цимесом могут называть блюдо из сладкой тушеной картошки с черносливом и куриным мясом. Во многих фразео­ло­гизмах слово «цимес» стало синонимом всего самого вкусного или важного: «Самый цимес этого анекдота в том, что…»; «махн а цимес» — «придавать большое значение» и т. п.

4. Чолнт (‏טשאָלנט‎)

Еврейское блюдо для субботней трапезы, обычно из овощей и мяса, нечто среднее между рагу и запеканкой

На рынке. Акварель Иссахара Бера Рыбака. 1919 год © Christie’s

Есть разные теории происхо­ждения назва­ния. Одна из версий — слово проис­ходит из старофран­цузского: от соединения chaud («теплый») и lent («медлен­ный»). Чолнт состоит главным образом из картофеля и других овощей, а также мяса и представ­ляет собой нечто среднее между рагу и запе­канкой. В разных ашкеназских регионах Ашкеназы — субэтническая группа евреев, в Средние века живших на территории средне­вековой Германии и позднее рассе­лив­шихся по Восточной Европе. в чолнт было принято добавлять фасоль, лук, яйца, перловую крупу. Есть даже пословица: «Жизнь — как чолнт: что положишь, то и съешь». У сефардских евреев Сефарды — субэтническая группа евреев, сформировавшаяся в Средневековье на тер­ритории современных Испании и Португалии и впоследствии расселившаяся вокруг бас­сейна Средиземного моря. есть свой вариант чолнта, он называется хамин (от ивритского «хам» — «жар, тепло»).

5. Бейгл (בייגל)

Хлебобулочное изделие в форме бублика

Пекарь готовит бейглы. Нью-Йорк, 1964 год © James O’Rourke / Newsday RM via Getty Images

Бейгл приобрел всемирную популярность после того как евреи из Восточной Европы завезли его в США. Позже американский джазовый дуэт The Barry Sisters прославил его в песне «Bublichki (Bagelah)» (1938), а сам он стал практи­чески символом американской еды.

6. Люфтментш (לופטמענטש)

Непрактичный человек, мечтатель, буквально «человек воздуха»

Над городом. Картина Марка Шагала. 1914–1918 годы Государственная Третьяковская галерея / © Fine Art Images / Diomedia

Если в классической русской литературе есть устоявшееся выражение «лишние люди», то в литературе на идише такие герои назы­ваются люфтментш — «люди, витающие в облаках». Обычно таких героев изображают как очень талантливых и умных интелли­гентов, которые при этом не умеют или не хотят зарабатывать деньги. Часто люфтментш оказывается неудачником, что сбли­жает его с дру­гим популярным образом еврейской литературы и фольклора — шлимазлом.

Люфтментш — один из любимых героев писателя Шолом-Алейхема. Впервые этот образ появился в его сатирическом романе в письмах «Менахем-Мендл» о незадач­ливом биржевике, который неутомимо пытается разбогатеть и постоян­но разоряется. Со вре­менем к понятию «люфтментш» добавился новый смысл — так стали говорить о евреях в целом, как о народе без своей земли, о людях воздуха, которые стремятся обрести твердую почву под ногами.

7. Шнорер ( שנאָרער)

Назойливый бедняк, неблагодарный и нечестный попрошайка, плут

Шнореры. Рисунок Иссахара Бера Рыбака. 1930-е годы Comité & Foundation Issachar Ber Ryback

Это одно из популярных оскорблений, которых в идише очень много. Так говорят не просто о бедном человеке, который еле сводит концы с концами, — наоборот, бедняков еврейская община старалась поддерживать, собирать для них деньги и помогать в трудных ситуациях. Шнорер — это навязчивый, наглый попрошайка, бездельник, который все время просит, канючит, клянчит и никогда не возвращает взятое. Он даже может отругать за то, что ему дали недостаточно.

Шнорер — герой многих еврейских анекдотов. Вот один из них: «У шнорера возникли проблемы с сердцем, и он отпра­вился к специа­листу, услуги которого стоили очень дорого. Когда пришло время расплачиваться, шнорер сказал, что у него нет денег. „Тогда почему вы пришли ко мне? — гневно спрашивает его врач. — Вы же знаете, что у меня самый дорогой прием в городе“. — „Потому что в том, что касается моего здоровья, я хочу только самого лучшего“».

8. Штетл (שטעטל)

Литография Иссахара Бера Рыбака из серии ­«Штетл. Мой разрушенный дом. Воспоминание». 1923 год Beinecke Rare Book & Manuscript Library

К концу XIX века мир штетла для многих евреев стал олицетворять косность и затх­лость еврейского мира, мешал просвещению и модернизации еврейского общества. После Холокоста, когда традиционный уклад еврейской жизни в Восточной Европе был разрушен, штетл стал восприниматься как символ утраченного мира, как место памяти о безвозвратно потерянном прошлом.

9. Идишкайт (יידישקייט)

Еврейский дух, еврейскость

Литография Иссахара Бера Рыбака из серии «Штетл. Мой разрушенный дом. Воспоминание». 1923 год Beinecke Rare Book & Manuscript Library

В узком значении идишкайт — это соблю­дение предписаний иудаизма, следование религиозным заповедям и обрядам. В более широком смысле это понятие охватывает весь мир еврейской культуры на идише: музыку, литера­туру, кулинарию, уклад еврейской жизни в местечках и даже тоску об утра­ченном мире восточноевропейского еврейства. Собственно, идишкайт — это любая идентификация еврейства изнутри, а также стремление охарактеризо­вать абстрактное понятие духа еврейской жизни. Этим словом называют журналы, популяр­ные радиопередачи, музыкальные фестивали и сайты, посвященные популярной культуре на идише и идеализации прошлого ашкеназской культуры.

10. Йорцайт (יארצייט)

Годовщина смерти родственника или близкого человека

Литография Иссахара Бера Рыбака из серии ­«Штетл. Мой разрушенный дом. Воспоминание». 1923 год Beinecke Rare Book & Manuscript Library

Для многих светских евреев годовщина смерти родителей — это один из ред­ких, если не единственный повод посетить синагогу. Во-многом это связано с тем, что важнейший из обрядов в этот день — чтение кадиша в синагоге, то есть молитвы, требующей миньяна — кворума из не менее чем 10 муж­чин. После молитвы принято устраивать поминание души усопшего. Основные обрядовые блюда для йорцайта — это лекех и бронфн (особый бисквитный пирог и водка). Родственники зажигают свечу, которая горит сутки в память об умершем. Дату смерти по еврейскому календарю Еврейский календарь — лунно-солнечный календарь евреев, по которому отмечаются все религиозные праздники и годовщины. Счет лет в еврейском летоисчислении ведется от сотворения мира. вместе с именем покой­ного принято записы­вать на особые листы или в таблицы, кото­рые также называются йорцайт. Поминаль­ные записи, красиво оформленные, часто служат украшением дома или синагоги.

11. Клезмер (כלי-זמר)

Жанр еврейской этнической музыки

Литография Иссахара Бера Рыбака из серии ­«Штетл. Мой разрушенный дом. Воспоминание». 1930-е годы © Sotheby’s

Слово пришло в идиш из иврита и состоит из двух корней со значением «инстру­мент» (כלי) и «пение, музыка» (זמר). На иврите этим термином обозна­чали музыкальные инстру­менты. На идише так называли еврейских музы­кантов, игравших на свадь­бах и других праздниках, а позже сам жанр музыки, которую они исполняли. С одной стороны, в этой музыке есть мотивы древнего еврей­ского фольклора и литургии, с другой — в ней много отсылок к традици­он­ной музыкальной культуре народов Восточной Европы: славянским, молдавским, цыган­ским мелодиям.

В составе классической клезмерской капеллы обычно были кларнетист, скри­пач, флей­тист, а также цимбалист и трубач. Выбор инструментов во многом определялся тем, что ансамблю приходилось быть очень мобильным. Клез­меры встречали на свадьбе каждого гостя своей особен­ной мелодией, а после праздника особо почетных гостей провожали с музыкой до самого их дома. После Холокоста центр клезмерского искус­ства переме­стился в Америку и Израиль, где стали появляться клезмер-бенды, возрождаю­­щие ашкеназскую культуру и традицию. В современном мире слово «клезмер» часто ассоции­руется с еврейской популярной музыкальной культурой в целом.

12. Пуримшпиль (פורים-שפיל)

Празднование Пурима. Мюнхен, 1967 год © Jochen Blume / ullstein bild via Getty Images

Слово происходит от ивритского названия праздника Пурим Пурим — еврейский праздник, отмечаемый в память о спасении евреев из Вавилонского плена, длившегося 70 лет. Установлен в V веке до н. э. и идиш­ского слова «шпиль» (שפיל) — «игра». Пуримшпиль — это народное костюми­рованное представление на праздник Пурим. Традиция таких пред­ставлений известна уже с Раннего Средневе­ковья. Начиная с XVI века в Германии и затем в Польше так стали называть испол­нение народных пьес на идише по мотивам библей­ских событий, а они, в свою очередь, легли в основу профессионального еврей­ского театра. Многие тексты заключали в себе сатиру и обличали религи­оз­ных лиде­ров общины, а также политическую ситуа­цию. В советское время евреи-«отказники» 1970–80-х годов Отказниками в 1970–80-х годах в СССР называли тех, кто получил от советских властей отказ в разрешении на выезд за границу. воспользовались жанром пурим­шпи­ля и стали ставить капустники на еврейские темы, часто включая в свои представле­ния исполнение авторской песни.

13. Литвак (ליטוואק)

Презрительное обозначение евреев, живших на территории современной Литвы, Латвии и Беларуси и говоривших на литовском диалекте идиша

Улица. Картина Марка Шагала. Около 1917–1920 годов Centre Georges Pompidou / © Fine Art Images / Diomedia

Слово перешло в идиш из русского языка. Литваками называли жителей «еврейской Литвы» — ареала, возникшего после разделов Речи Посполитой в конце XVIII века. Это территории современных Литвы, Латвии, Беларуси, частично России, Польши и Северо-Восточной Украины. Есть много пословиц и анек­дотов про межобщинные споры евреев из разных областей Восточной Европы: «Два еврея — три партии», «У каждого еврея свое мнение, да и то он с ним не согласен» и так далее. Наверное, наиболее известен анекдот про еврея, который построил на необитаемом острове две синагоги: в одну из них он ходит, а в другой ноги его не бывает.

В Восточной Европе самые ожесточенные споры и даже вражда разделяли, с одной стороны, литваков, и с другой — все осталь­ное еврейское население черты оседлости Черта оседлости — территория, в пределах которой законодательством Российской империи было разрешено проживать евреям с 1791 по 1917 год. : польских, галицийских, украинских, бесса­рабских и прочих евреев. Главными предме­тами споров были у кого правильнее идиш и вернее обычаи. Центром еврейской культуры в этом регионе стал город Вильно (современный Вильнюс), который в еврей­ских источниках принято называть «литов­ским Иерусалимом». Литваки говорили на северо-восточном диалекте, из которого впоследствии вырос литературный идиш. На нем писали книги, издавали газеты и журналы во всем ашкеназском мире, и он считался более «культур­ным», чем остальные разговорные диалекты. Соот­ветственно, для всех остальных групп евреев литваки казались снобами. Помимо языка, литваки отличались от остальных ашкеназ­ских евреев кухней, одеждой, мелодиями молитв. Так, например, знаме­нитую фаршированную рыбу, гефилте фиш, литваки готовили с большим количеством перца (а на Украине и в Галиции в это блюдо добавляли сахар и свеклу).

Источник

Зайгезунд что это значит

В 91-м году, когда мы приехали в Израиль, очень трудно было снять в Иерусалиме квартиру по приемлемой для нас цене. Союз, дышащий на ладан, ещё существовал и кроме лишения гражданства, запрещал вывозить больше 100 долларов на человека, приходилось надеяться только на так называемую “корзину абсорбции”, которую первые полгода давало государство. Отдав последние деньги квартирному посреднику, мы вчетвером заселились в маленькую квартиру самого, как выяснилось потом, проблемного района Иерусалима с наркоманами и ворами. Kрасть у нас было нечего, и поэтому чувствовали мы там себя не совсем комфортно, но вполне нормально.

На второй день нашего пребывания в полупустой квартире, в дверь постучали. Зашёл молодой человек в вязаной кипе, с аккуратно подстриженной чёрной бородкой и годовалым ребёнком на руках. Иврит я знал терпимо, поэтому мог довольно легко с ним разговаривать.

– Здравствуйте, я Гай. Мои дедушки и бабушки тоже когда-то приехали из России.
У нас здесь городской киббуц, нас больше десяти семей. Я и моя жена Тамар хотим помогать вам. Приходите сегодня к нам в гости, мы живём в соседней квартире.

Честно говоря, я тогда как-то не очень привык к безвозмездной помощи, тем более от абсолютно незнакомых людей, и поначалу отнёсся к Гаю с подозрением. Только вот милейший годовалый мальчик на его руках внушал доверие.

Тут в разговор вступил мой несколько настороженный от незнания иврита и присутствия незнакомого человека в доме папа Изя:
– Спроси его, может быть он знает идиш.
– Гай, папа спрашивает, ты знаешь идиш?
– Абиселе. (немножко)

Папа очень оживился:
– Их фун Бобруйск. (я из Бобруйска)

Гай чуть не подпрыгнул от радости:
– Майн зейде фун Бобруйск! (мой дедушка из Бобруйска)
Берл Кацнельсон (знаменитый сионист) фун Бобруйск!!
Майн бобе фун Бобруйск. (моя бабушка из Бобруйска)

Папа расцвёл. Они побеседовали ещё немножко, а потом распрощались, как лучшие друзья, договорившись встретиться у них дома этим же вечером.

– Зай гезунд, Гай! (будь здоров, Гай)
– Зай гезунд, Исраэль!

Источник